Ревалон: Башня Смерти

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ревалон: Башня Смерти » Архив завершенных эпизодов » Потерянные дети


Потерянные дети

Сообщений 1 страница 20 из 48

1

Время: Октябрь 1648 года.
Место: Окрестности Бригора.
Обстановка: Меняется вместе с локациями.
Действующие лица: Джон Лайт, Эбельт, Рамиро де Аттало
Описание: Кузнец едет в город по рабочей надобности, мало ли что ожидает его в пути, кто его знает что ожидает в пути адепта Ордена Искателей Чистого Знания, случайно проезжающего мимо.

+1

2

Лето 1648-го года выдалось жарким и не особенно удачным для Джона Лайта и людей деревни, в которой он жил - засуха, нечисть. Нечисть с каким то остервенелым упорством почему то выбрала в этот раз своим прибежищем окрестности деревни, и не желала удаляться. Будучи выбитой из мест своей дисклокации и уничтоженной, через 2-3 недели она дважды появлялась снова. Не в силах человека было сопротивляться, нанимали специально обученных и тому предназначенных, а такие услуги, как известно, стоят денег. За все надо платить. Платили честно, золотыми.
Приближающая зима собиралась быть нерадостной, Лайт должен быть кормить свою молодую семью и родителей.
Руда, заготовки, пластины - все что нужно было для работы - кончилось. Зима будет долгой, но пока еще осень, надобно все успеть. Джон собрал всё, чем мог заплатить за необходимые ему ресурсы, одну лошадь запряг в телегу, на второй собрался ехать верхом, третья будет в свободной связке, до поры, пока не придется тащить нагруженную телегу. Лошадей Джон любил, они были словно члены его семьи.
Проверил всю амуницию, все перевязи и застежки, собственную одежду, по собственному разумению скомплектованную, комбинированную из тонких, но прочных, стальных пластин и покрывающих их сверху ткани, так, что стали снаружи не видно. Этот уникальный личный доспех, сделанный для себя и не имеющий аналогов,  Джон применял только для собственных вылазок за пределы деревни. Сталь не стесняла движений, была легкой и подвижной, но она не годилась для боя в гуще врагов и тяжелого оружия. Легкая защита от всего того, что могло встретиться на пути, исключая тяжелых рыцарей - вот и все что было нужно.

Путь до Бригора занимал более суток. Нет ничего прекраснее длинного монотонного пути, когда нет жары. Джон скакал весь день, ведя за собой вторую лошадь, а умный конь тащил пустую телегу вслед за ними сам. Ветер в лицо, природа, бескрайнее небо, лес, перемежающийся степью. Джон был в прекрасном расположении духа, остановившись на стоянку недалеко от Бригора, распряг коня, везшего телегу, привязал всех троих к деревьям длинной веревкой, что бы могли щипать траву в достаточно большом радиусе, напоил водой, которую вез с собой, развел костер, разогрел себе ужин. Довольный и немного усталый, прислонился к дереву, меч правда положил с собой рядом. Никогда не знаешь, что может случиться. Безрассудство и неготовность к неожиданностям - залог бесславной гибели.

0

3

     Эбельт зевнул и осторожно потянулся. Впрочем, осторожность была лишней – несмотря на с виду шаткое положение на ветке, он даже не покачнулся. Недавно его чувство равновесия сравнили с кошачьим, что было лестно, но скорее из-за того, кто именно сравнил и в каких обстоятельствах. Тяга Верны к необычному уже не удивляла.
     Как водится, приближение одинокого путника он услышал первым, не помешали даже захватывающие воспоминания. Три лошади, один мужик, телега… Не тяжело груженная, но и определённо не пустая. Эбельт, сложив пальцы у губ с детства знакомым способом, изобразил птичью трель, которую могли отличить от кучи подобных на фоне только ребята, сидящие на соседних деревьях. К моменту, когда мужик устроился на привал, за ним неотрывно наблюдало уже пять пар глаз. Мужик оказался не так уж безобиден, с припасённой железкой не расставался, но их это останавливало крайне редко, и уж точно не в случаях с одинокими путниками. По другому условному сигналу Эбельт натянул тетиву и, точно прицелившись, прибил плащ незнакомца к дереву – совсем недалеко от его левого бока. Как правило, такие трюки производили необходимый для безопасности дальнейших действий эффект. А дальнейшее было за ребятами. Все четверо дружно выскочили из леса, окружив путника вместе с его телегой, но держась на расстоянии от него самого. Трое парней и одна девушка, которую можно было отличить от друзей разве что по росту и более миниатюрному телосложению, и то внимательно присмотревшись. Все в капюшонах и шарфах для маскировки лиц и с мечами наготове.
     - Не рыпайся и гони деньги,- скомандовал Йенс настолько грозно, насколько был способен, в то время как Верна направилась к телеге, не теряя, впрочем, из вида мужика у дерева. Эбельт, держащий будущую жертву ограбления на прицеле со своего дерева, сдержался, чтобы не фыркнуть – определённо, этот момент был самым смешным в их вылазках. Пусть он был самым старшим, голос «вожака стаи» совершенно не спешил становиться скорее мужским, чем юношеским – он жаловался, что это всё оттого, что он бывший бард. Именно это последнее позволяло ему изобразить то, чего природа пока не давала, но в этот раз получилось, честно говоря, не очень. Впрочем, как знать, не волчий ли слух помог Эбельту это заметить.
[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

Отредактировано Эбельт (2014-10-12 22:30:53)

+2

4

Незадача, однако, вышла. Неприятная незадача, слишком засмотрелся Джон на закат, расслабился, не порядок. Стрела пригвоздила плащ к дереву характерным звуком несколько неожиданно, зато вполне понятно сразу стало все. Не дергаясь, кузнец внимательно выслушал ультиматум, рассматривая четверых. Маловаты они были для организованной банды, пожалуй, как минимум здоровенными мужиками не были. Джон выдержал положенную паузу, которую можно было бы списать на шок неожиданности. Угрюмо еще раз взглядом всех обвел, вздохнул горестно, посмотрел на стрелу, что торчала из дерева.
- Ладно, ладно, сейчас, только оружие уберите, - спокойно сказал, неторопливо развязывая веревочки плаща, скидывая его. Неторопливо и тяжело поднялся с земли, опираясь на руку. За меч и браться не стал, тот так и остался лежать в пожелтевшей траве. Уже было ясно, что дети, с малолетства занимающиеся грабежом. Опытные могли и в шею стрелу пустить, и дело с концом, а эти пока убивать не собирались. Голодны и плохо воспитаны, вполне возможно.  Но дети, убивать не просто жалко, убивать нельзя. Да и не были бы детьми, чем мирнее вопрос решится, тем лучше.
Нехорошо стоят, не нравилось Джону. Не нравилось и положение лучника, который неизвестно как поведет себя при угрозе. Но лишь бы не в голову стрелял, остальное не так страшно. Выпрямившись, он принялся отвязывать кошелек с пояса, незаметно поправив еще одну боковую деталь, не теряя из области бокового зрения всех четверых. Наконец, справившись, протянул мешочек с монетами главному, тому единственному, кто заговорил. Главный он или нет - Всеединый его знает, но наиболее естественно было отвечать именно ему.
- Держи, - сказал Джон, и сделал шаг вперед, второй, медленно и почти нерешительно. А затем упал на землю, почти в прыжке подсекая “главного” под коленки, что бы тот упал на спину. Тут же перекатившись из зоны обстрела ближе к упавшему, наотмашь ударил его под дых, сбивая дыхание. Чертовски неприятно это было, молодой пацан, костлявый, судя по отдаче удара, но подобные мысли - рисковали стать его последними мыслями, если он будет думать в драке о постороннем.
Вскочил на ноги, подхватил пацана с земли, выкручивая ему руки, вздернул вертикально. Повернулся так, что бы защищаться мальчишкой от стрелы, в одной лишь надежде что своего они убивать не будут, и рубить не набросятся.  Меч парня остался лежать, а Джон свободной рукой вытащил собственный нож из за пояса.
- А ну теперь вам не рыпаться, положили оружие! Ты, куда пошел! - обращаясь, к самому мелкому, что направился к телеге, - а ну быстро сюда, руки что б я видел. Иначе вашему конец. - достаточно громким, уверенным голосом, совсем не той интонацией что поначалу, голосом с непреклонной угрозой, в котором, как хотелось бы верить, слышна холодная неумолимая решительность.
Ощутимо тыкнул в челюсть “главного”, прижимая его к себе, приставил острие ножа к его груди.

+2

5

     Момент с ультиматумом не просто был самым смешным, но и явно собирался остаться единственным смешным в этом случае. Просьбу убрать оружие ребята ожидаемо проигнорировали – это они делали только получив затребованное и убравшись самим подальше от «жертвы». Четверо внимательно следили за действиями путника, Верна уже собралась обшарить телегу, незнакомый мужик поднялся на ноги, выражая покладистость, которой Эбельт ни на секунду не верил. И всё же вторая стрела вонзилась в землю, пролетев над головой путника, решившего атаковать очень необычным способом. Йенс, конечно, был готов к нападению, но не такому, а потому на то, чтобы превратить его из врага в живой щит противнику понадобилось ровно столько времени, сколько Эбельту, чтобы выхватить из колчана ещё одну стрелу. Мужик оказался совсем не безобиден, кроме меча у него оказался и нож - было видно, как металл блестит в закатном солнце. Теперь положить оружие было приказано.
     Эбельт закусил губу, натягивая тетиву. Несмотря на всю молодую дурость, у них были свои правила, даже подобие тактики на разные случаи, на одном везении они не протянули бы и такой недолгий срок, который протянуть успели. А ещё они были отчаянными, они все. Вожаком, что и логично, был наиболее отчаянный из пяти.
     - Бросайте, ребят…- слабым, жалобным голосом протянул Йенс. Понятно, что ему и впрямь хреново, но явно не настолько, чтобы забыть очередной условный знак. Если бы дело было совсем плохо, он выразил бы это другими словами. Эбельт внимательно следил за его ступнями. Мотнув головой от тычка под челюсть, вожак приподнялся на цыпочки, будто в попытке сделать менее болезненным угол, под которым оказались вывернуты его руки. Стрела полетела в щиколотку мужика с ножом, распоров штанину вместе с кожей. Мгновением позже этого мужик получил чувствительный тычок под колено от сцапанного «щита», только что готового – судя по голосу – если не потерять сознание, то как минимум слёзно просить пощады. Оставшиеся двое, братья, бросились на мужика, чтобы сбить его на землю, старший вцепился в запястье руки с ножом. Верна, убедившись, что свалка началась, легко запрыгнула в телегу и принялась быстро обшаривать её содержимое, впрочем, не выпуская меч из свободной руки. Один из невзрачных мешков среди вёдер с водой вполне мог оказаться звенящим. Найдя желаемое или убедившись в его отсутствии, она должна была возвращаться к лагерю, не оглядываясь на остальных - они удирали не всей толпой, именно потому, что были командой. Командой, где никто не должен быть обузой.
[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

+2

6

Дети. Да только игры пошли не детские, игры, можно сказать, кончились. Ногу обожгло, удар чуть коленку не вывернул, больно, да не до боли теперь. И говорить бессмысленно. Теперь тишина. Теперь их много и свалка Джону на пользу, как защита от лучника. “Щит” Джон выпустил, резким движением дернув вниз руку с ножом, высвобождаясь из захвата, однако руку развернул, что бы не убить противника, обратным ходом тут же ударил рукояткой ему в шею, аккурат забивая кадык. Вожаку наступил на ступню, и ребром левой ладони шарахнул по шее, конечно шарфы эти смягчают удар, но он больше не щадил их, кончилось время пощады, не работало это. Вожаку деваться было некуда, Джон подхватил его и с силой кинул на первого, повалил. А третьего ухватил за грудки, дернул на себя, и обоими ладонями приложил туда, где должны были располагаться уши. Железными стали ладошки, мягкими и теплыми они бывают только с родными, жесткими и холодными - они становятся в бою с врагами. Третьего отпихнул от себя и бросил в общую кучу, обернулся к четвертому. Четвертый шарил в телеге, и еще там был лучник который уже знал Джона уязвимые места, а стало быть на месте стоять нельзя было. Прыжком кузнец добрался до телеги, укрываясь за ней, не обращая внимания на кровь, которой не ощущал, подпрыгнул и ухватил четвертого, рванул что было сил на себя, и вместе упали на землю. Покатились по земле, Лайт сорвал с четвертого капюшон, попутно пиная куда придется кулаками. Что то в ее облике оказалось странным, рыжим, веснушчатым, и с длинными ресницами.
- Девчонка, что ли, ах тыж! Заняться тебе нечем?
Тяжело дышал Джон, девчонка! А он ее бил. Что ж это за жизнь такая, что такая маленькая девчонка, а уже в банде. Отчего ж все так? Бить перестал, замешкался, однако не выпустил ее. Ухватил ее в охапку и с ней подполз к телеге, с противоположной стороны от лучника, успокаивая дыхание, следя за остальными. Нож из руки не выпустил.

0

7

     В свалке мужик показал себя не просто небезобидным, он показал себя прямо-таки воякой. Куча-мала скоро стала просто кучей, притом шевелящейся уже очень вяло. Но их добивать мужик не стал, сделав то, чего Эбельт опасался с самого начала. Верна успела выцепить некий мешок с телеги, но могла только брыкаться, поскольку меч потеряла почти сразу. Да ещё очередная стрела вдруг не просто не принесла видимого вреда, а только звякнула о плечо мужика и отскочила, выдавая, что его наряд тоже непрост – под стать хозяину. Эбельт, не медля и мысленно послав к чёрту любые тактики-стратегии, спрыгнул на землю, хотя для этого его ветка была немного высоковата.
     Верна не оставляла попыток побольнее лягнуть мужика, но ей пришлось выронить мешок, оказавшийся слишком тяжёлым, чтобы шарахнуть мужику по башке. Перезвон монет будто воодушевил ребят побыстрее разобраться с тем, где чьи руки-ноги, и где земля, а где небо. Первым к мешку метнулся Йенс. Эбельт же о собственно грабеже забыл начисто, припустив к телеге. Мужик в драке и в том, откуда ему прилетало, ориентировался прекрасно, телегу пришлось вдобавок обойти, чтобы остановиться в нескольких шагах от него и Верны.
     - А ну пусти её, тварь!- несмотря на то, что обнаружив под личиной головореза девушку, мужик бить перестал, Эбельт уже за сделанное раньше готов был его убить. Целился на сей раз чётко в лицо – доспехов, которые воин может скрыть под кожей собственной физиономии вроде ещё не придумали.- Сделаешь ей что-то – сдохнешь,- Эбельт силился придать голосу твёрдость. Выстрелить-то он успеет, но что, если мужик и правда что-то сделает…
     Верна зло фыркнула, сдувая упорно падающую на лицо волнистую прядь волос. Но пусть она потом говорит что хочет, лишь бы этот поступок не оказался ошибкой, могущей лишить её возможности говорить вообще.
[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

+1

8

Джон крепко держал девушку, пока не услышал над головой. Лучник сменил свою позицию, теперь вряд ли..
Сперва речь выслушал, понимая поражение, потом медленно повернул голову в его сторону, глядя снизу вверх, не отпуская своей хватки, криво улыбнулся, посмотрел с жалостью.
- Что не так в твоей жизни, парень? Не то ремесло ты выбрал. Нравится, да? Стрелой в живого человека тыкать? Я сдохну, ты сдохнешь, когда время придет. Все умирают.  Однажды нарвешься и ты. Вы напали, я вас не трогал.
Шрам через всю щеку девчонки, такой еще молодой говорил о многом, это искалеченная жизнь. А этот лучник был ей явно несколько больше, чем просто товарищ. Это много, и это отменяет ее искалеченность.
Джон не хотел умирать, живым он своей семье был нужен больше, семья не переживет зиму, если он погибнет. Шансы пережить зиму с ним живым, но ограбленным и пострадавшим - тоже были не очень  высоки. В любом случае, с какой стороны не посмотри - дело труба. Однако убивать не хотелось, мстить, калечить - не было толку в том, что бы забирать чужую жизнь, тем более детей. Не будь они дети - действовал бы по другому.  И теперь он понимал, что пока его нож крепко упирается в тело девушки, парень не выстрелит. До тех пор, пока все именно так, как есть сейчас. Пусть так, но парень уйти не должен был. Парень был единственным его шансом на возврат того, что уже утащили.
Подобравшись, кузнец начал вставать вместе с девчонкой.
Потом отпустил и легонько толкнул ее в сторону, а сам пригнулся и прыгнул отчаянно, безрассудно, прямо под стрелу, головой ударив лучника в челюсть, валя его на землю.

0

9

     Эбельт зло сощурился. Он ненавидел, когда его жалели, ненавидел, когда читали нотации – мужику вздумалось делать и то, и другое. А уж взывать к его совести и благоразумию словами в духе «сами нарвались» было тем более бесполезно. Да, сами, притом знали, на что идут.
     - Идиот,- буркнула себе под нос Верна, имея в виду явно не отпустившего её только что мужика. Сказала, развернулась и побежала – демонстративно, не оборачиваясь, мол, сам выпутывайся, рыцарь чёртов. Эбельт очень невовремя отвлёкся на это. Он собирался держать мужика на прицеле, пока Верна не скроется среди деревьев вслед за остальными, а потом тем же прицелом намекнуть, что ему пора собирать оставшееся добро и валить в дальнейший путь… в идеале. Насколько идеалистичным был этот идеал, Эбельт осознал, когда небо опрокинулось, воздух из лёгких вышибло, лук больно вдавило в рёбра, а во рту обнаружился знакомый и ненавистный солёный привкус. Стрела, отпущенная скорее от неожиданности, свистнула у самой макушки мужика, кажется, даже прочесала короткую шевелюру, растрёпанную в драке, но крови не последовало. Эбельт дёрнулся, стараясь спихнуть с себя мужика или хотя бы нашарить кинжал, закреплённый в ножнах на поясе.
[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

Отредактировано Эбельт (2014-10-14 11:13:18)

+1

10

Рядом с плечом парнишки тяжелый кованый сапог вдавил в землю ольхово-дубовый опад, блеснула полоса стали, и обрушившийся на руку кузнеца удар мечом плашмя заставил его выпустить рукоять ножа,  а мгновением позже в плечо впились обтянутые потертой кожей пальцы, отталкивая от жертвы и переворачивая на спину.
- Хватит! - раздался над дерущимися незнакомый голос, судя по интонации привыкший, что ему подчиняются незамедлительно.
Носком сапога "tertium quid" выбил из рук стрелка лук, в другую сторону полетел подцепленный острием меча нож.
- Встать.
Над грабителем и ограбляемым высился черноволосый человек в светлых одеждах. Некогда белоснежное полотно пожелтело и запятналось в противовес (а может, в соответствии) совести, но ярко-алая вышивка в лучах засыпающего солнца полыхала закатным пламенем, громко крича о принадлежности незнакомца к Ордену Искателей.
- Встать! - повторил приказ "белорясник", вздергивая парня за воротник и толкая того к телеге, заставив прислониться спиной к бортику; клинок смотрел в грудь мужика. Вперил пронзительный взгляд в тяжело дышащего кузнеца, не пропустив  небольшой россыпи темных капель на листве и одного пятна, расползавшегося на штанине. На первый взгляд рана не опасная. Легкое покачивание меча, задающее направление. - Ты тоже. К повозке.
Когда Рамиро свернул с дороги, заслышав напряжённые голоса и подозрительный шум, доносившиеся из леса, он еще не знал с чем встретится. Это могла быть и ругань дровосеков на плохо упавшее дерево, и попавший в капкан лесник. Помощь со стороны в любом случае могла потребоваться. Однако, когда на него вылетел  паренек лет пятнадцати, не раздумывая полоснувший его кинжалом, наткнувшимся на кольчугу, и лаской нырнувший в плотные заросли, оставив на память о себе разрез в сюрко и кожаной рубахе-кожухе, монах вытащил из ножен меч. Не в его обмундировании было бегать по орешнику, так что он просто пошел за шум, упрямо склонив голову. А когда вышел на небольшую поляну, превратившуюся в театр боевых действий, парочка уже вошкалась на земле и разобрать кто из них кто не смог бы и всезнающий патер. Папаша вывел оголодавший выводок на большую дорогу и прикрывал им отход, а в кустах засыпает листвой холодеющий труп отца парнишки? Малолетняя шпана решила устроить налет? Памятуя о том, что творящий скорый суд сам становится приспешником дьявола, Аттало взял за лучшее до начала расшвырять схватившихся, не делая скидок ни молодости, ни зрелости.
Монах опустил меч, заткнув за пояс большой палец левой руки и встал напротив помятой парочки, слегка покачиваясь с носка га пятку.
- Что смотрите, дети мои? Покаяться хотите? - лицо, несмотря на тень насмешки в голосе, оставалось серьезным. - Ну так начинайте.

Отредактировано Рамиро де Аттало (2014-10-15 12:18:42)

+2

11

Стрела просвистела в опасной близости от головы, почти чиркнула, на удивление, здесь удача кузнеца не оставила.  Придавливая парнишку к земле, Джон все пытался ухватить и отбросить его его лук. Сначала ему показалось, что это товарищи вернулись отбивать сообщника. Потом тяжелый удар по незащищенной части руки заставил расслабить напряженные мышцы и Джон выпустил из руки нож. Сильная рука перевернула его и отбросила на землю. Это не могли быть его сообщники, им бы такое было не под силу, и точно - человек в белой мантии, с узнаваемым знаком на груди. Джон, уже было приготовившийся совершить очередной маневр уклонения, передумал это делать и расслабился лежа на земле, рассматривая человека с мечом. Повинуясь требованию, медленно начал вставать. Вернулись ощущения вместе с болью в руке и задетой стрелой ноге. Теперь он пожалел, что при нем не было меча, меч лежал достаточно далеко в траве, он не успеет добежать до него. Конечно, с определенной долей вероятности, это мог быть тот, кого называют “защитниками” из Ордена, и его появление можно расценивать как подмогу, а его намерения считать добрыми, но Джон не спешил доверять, особенно после того, что только что случилось. Засада и маскарад - оно тоже часто случается. Кровь текла, не выпуская из виду мальчишку, Джон, прихрамывая подошел к нему, оперся одной рукой о край своей телеги и посмотрел на человека в белом, оценивая обстановку, готовясь к новым неожиданностям. 
- Я конечно грешен, святой отец, но не думаю что в данном случае мне необходимо каяться.
Нет, представлением это быть не могло. Остальных участников по близости не наблюдалось, Джон видел как насторожились его лошади, слышал как они испуганно храпят, как гудит ветер в верхушках деревьев.

0

12

     «Дура»,- запоздало отозвался Эбельт. Такие диалоги повторялись у них периодически, в том числе и полностью вслух.
     Он всегда уходил последним. Чаще всего лучник, приводящий жертву ограбления в подходящее настроение для переговоров, так и оставался невидимым, и в какой-то момент просто исчезал. Иногда они смеялись над тем, как путники с глупейшим видом стоят, боясь пошевелиться, а потом решаются подойти к оставшейся части пожитков, переставляя ноги так, будто в каждую вбили кол. В любом случае, ребята знали, что он выпутается. Даже если лука, угроз издалека и умения быстро бегать вдруг окажется недостаточно. Эбельт не спорил, что противника всегда можно загрызть, хотя на самом деле было очень даже нельзя. В любом случае, он сильнее, чем можно подумать с первого взгляда. Другое дело, что для того, чтобы стрелять из длинного лука, требуется несколько другая сила, чем для того, чтобы бороться врукопашную со здоровенным мужиком, придавившим тебя к земле. Тем не менее, сдаваться Эбельт тоже не собирался, не выпуская лук и даже стараясь шарахнуть им мужика по морде – но это второе скорее от отчаяния.
     Неизвестно, сколько бы он так продержался, но тут перед глазами блеснула сталь, опускаясь на руку мужика, а потом дышать стало гораздо легче, поскольку сам мужик оказался оттащен в сторону. Но Эбельт не успел ни удивиться, ни обрадоваться: лук тоже вышибли из рук. На сей раз он отпустил сразу же, напряжённо наблюдая за коротким полётом деревяшки. Тетива осталась цела, но до самого лука было не дотянуться: его вздёрнули на ноги. Эбельт выдохнул, встал более прямо у телеги, к которой его только что толкнули, и наконец посмотрел на нежданно вмешавшегося…церковника? Да ещё ряса порезана. Он отметил, что меч указывал на мужика, прежде чем оказался опущен, но благодарить за спасение не спешил, как, впрочем, и говорить хоть что-то. Меч опущен, церковник пока убивать никого не собирается, мужик хромает… Лук бросать жалко, но взрослые всегда верят больше другим взрослым, да и с виду Эбельт на добропорядочного путника вряд ли тянул – капюшон сполз, но шарф остался, а было ещё не так холодно, чтобы закрывать пол-лица. Когда обворованный заговорил, Эбельт метнулся в сторону, развернулся и побежал со всей возможной скоростью – он сможет запутать их в лесу, если окажутся слишком настырными и резвыми, потом в лагерь, к остальным... Только бы успеть добежать до деревьев. На бегу он выхватил кинжал, таскаемый с собой «на самый крайний случай».
[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

Отредактировано Эбельт (2014-10-15 23:51:01)

0

13

Счет пошел на секунды, святой или не святой отец, меч у него или что иное, единственный и последний шанс Джона Лайта стремительно стартовал и побежал. Нет разницы между гибелью сейчас от меча, и долгой и мучительной гибелью потом от голода, потому что конец один. Разница только в том, что сейчас он умрет легко и быстро, а если упустит шанс - то медленно и печально, наблюдая как умирает от голода его семья. Вместе с половиной деревни грядущей длинной зимой. В этом случае он ничего не сможет сделать, а сейчас он может сделать еще хоть что то, и если что возможно делать - то делать стоит.
Джон, не обращая на человека в белых одеждах никакого более внимания,  бросился бежать за парнем, вкладывая в этот рывок все оставшиеся силы. Солнце садилось, ветер трепал кроны деревьев, в природе все шло своим чередом.
Джон догнал его, никогда ранее в жизни он так не бегал, ударил сзади ногой под коленку, заставляя накрениться на бок, тут же налетел и поймал за одежду, рванул его вниз. Лицом в землю. Уперся коленом в поясницу сопротивляющегося пацана, заломил руку за спину, применил болевой прием к кисти, выгиная ее. И только тогда мельком глянул назад, где должен был быть святой отец в белых одеждах.

+2

14

Свернутый текст

Прошу прощения за некоторую волность в обращении с пленником, но вы, ребятки, пишите шустрее меня, поэтому решил не растягивать)

Бегать наперегонки с легконогим пацаном, имея на плечах вес плотного кафтана, самого по себе могущего служить доспехом, и кольчуги все равно, что гнаться за зайцем верхом на боевом коне. Уйдет парнишка, значит на то воля божья - дать ему второй шанс. Предоставив мужику, окрыленному отчаянием и жаждой справедливости, самому ловить своего обидчика, Рамиро заглянул в повозку, быстро найдя искомое - моток пеньковой веревки, без которого не пустится в дорогу ни один уважающий себя путешественник.
Кузнецу он поверил. А чего не поверить? Как говорил один из древних братьев Ордена, если верить свиткам и историкам, окончивший свой земной путь весьма плачевно: "Правду говорить легко и приятно". Да и сам монах научился неплохо чуять ложь.
Что ж, на сей раз Всеединый был на стороне потерявших, а не обездоленных.
- Покаяться никогда не будет лишним, - мирно продолжил священник, как будто то был благочестивый разговор, прерванный случайным гостем. - Не всегда может представиться случай своевременно сбросить бремя со своей души. Этот мир полон смертельных опасностей: глад, мор, война, простуда... разбойники, - говоря, Рамиро захлестнул веревкой оставшуюся свободной руку упомянутого, быстро и умело затянув узел. - Давай его на спину, свяжем руки спереди, хочу их видеть. За ногами следи. Во так, придержи их.
Смирись, сын мой,
- это уже быстроногому стрелку, - и воздастся тебе за смирение.
Защитник с легкостью переключался с "языка церковников" на нормальную речь. То ли воспринимал их с одинаковой серьезностью и достоинством, то ли прятал за наставлениями насмешку над собратьями, вещающих о боге, но лижущих пятки прихвостням дьявола...
Аттало, с помощью Бога, кузнеца и пары крепких слов, когда вырывающийся мальчишка, почувствовавший ослабшую хватку, зазвездил особенно ощутимо,  одной веревкой связал ему руки и ноги, предоставив последним ровно столько свободы, чтобы он мог ходить, но не бегать.
- Не больно? - с искренней заботой спросил монах, проверяя узлы на прочность и следя, чтобы веревка не слишком сильно вписалась в тело.
Причинять ребенку неудобства и боль сверх необходимых, чтобы обезопасить его от него же самого, ну и, чего уж скрывать, защититься самому, он не видел необходимости. Один лишь вред.
- Ну и как вас угораздило? - непонятно у кого, а может, у обоих сразу спросил Рамиро.

Отредактировано Рамиро де Аттало (2014-10-16 18:11:36)

+2

15

     Он сбегал от многих голодных тварей в Сирионе, сбегал от деда, когда тот был не в духе, сбегал от папаш с топорами и вилами, разгневанных за «обесчещивание» своих дочек… а от мужика, которого сам же заставил охрометь незадолго до того, сбежать не смог. Осознание было таким же острым и внезапным, как боль в колене, подкосившая его в самом прямом смысле. По правде говоря, с лихвой хватило бы этого и поясницы. Пальцы задрожали, кинжал сразу выпал из онемевшей руки. Эбельт зажмурился и сжал зубы, уткнувшись лбом в землю и даже временно перестав вырываться. «Временно» длилось до тех пор, как подошёл церковник с намерением его связать.
     «Нет, щекотно»,- мысленно огрызнулся Эбельт, выражая это же злым взглядом. В интонациях он разбирался хорошо, но считал, что вопрос церковника сам по себе не может быть чем-то кроме издевательства. Битва в основном ногами против двух здоровенных мужиков и верёвки была проиграна, как и все предыдущие. Очевидно, день не удался. Но это ещё не значит, что он собирается каяться. И вообще что-то им говорить. Испачканная землёй физиономия горе-разбойника приняла выражение лютого партизанства.

[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

+2

16

Джон ожидал всего, но адепт Ордена оказался действительно адептом Ордена. Подмога пришла вовремя, хоть и несколько запоздало. Святой отец оказался опытным и смекалистым, достал веревку из его вещей. Его слова были даже в какой то мере умиротворяющими и успокаивающими. Они призывали мириться с бытием, каким бы оно ни было. Но Джон не готов был пока что мириться и намеревался все исправить. Вместе со святым отцом они связали грабителя, и наконец кузнец смог подняться с земли. Нога беспокоила сильнее, но рану он посмотрит потом, пока еще в состоянии бегать, значит все не критично.
- Джон Лайт, - протянул руку открытой ладонью вверх для приветствия и рукопожатия, - кузнец, из деревни, что расположена в дне пути отсюда. Спасибо за помощь, святой отец. Еду в Бригор, пополнить запасы руды, мои все кончились. В Бригоре мои постоянные поставщики. Здесь остановился на стоянку, лошади устали, я выехал до рассвета. Четверо напали, этот - пятый, как я понял, он стрелял из лука издалека. Не справился я, то, чем я должен был рассчитываться с поставщиками - его команда сумела утащить.

- Как тебя зовут, парень? - обратился Джон к лежащему на земле связанному.

+1

17

- Волчонок, - с каким-то непонятным одобрением протянул сквозь зубы святой отец, глядя на пленника сверху вниз.
Парнишка смотрел на них диким зверёнышем, глаза сверкали не хуже арийских молний. Да он, по сути, таковым и являлся. Приручится? Кабана можно натаскать вынюхивать трюфеля, а волка сколько не корми... Но волк ли он или породистый щенок, воспитанный волчьей стаей? Даже сквозь грязь на лице просвечивала та самая "порода": крестьяне иногда выходили внешностью, но скорее всего бастардюк. А бастардам жизнь редко оставляет приятные воспоминания о детстве - расплачиваются за грехи своих отцов и матерей.
Аттало стянул с руки перчатку и крепко пожал протянутую ладонь, коротко кивнув.
- Рамиро, Защитник Знаний. Нам с вами по пути, в Бригоре я должен встретиться с братом нашего ордена, предлагаю вам свою помощь. А вещи ваши мы вернем, я хоть и не  Искатель, однако толк в поисках знаю, - он усмехнулся, - Тем более у нас есть помощник, столь мило согласившийся составить нам компанию.
Монах подхватил разбойника за предплечье и поставил на ноги, со всем тщанием отряхнул его от налипших листьев и грязи, по ходу дела сильно шлепнув его священнической дланью по спине. Видать, благодать вколачивал.
- Его зовут Оскорбленная Гордость, хотя я бы дал ему имя Глупость или Опрометчивость. Он вам ничего не скажет, по крайней мере пока, - Рамиро подпихнул парня в сторону костра, - Иди, сын мой, к свету. Покамест земному, небесного ты не заслужил.
Священник последовал за пленником, подобрав по дороге лук. Натянул на пробу - он никогда не увлекался стрельбой, но оценить оружие мог. Прикинув силу, с которой пришлось натягивать длинный лук, с уважением глянул на стрелка.
- Достойный лук. Увы, в недостойных руках.
Мужчина согнул деревянные плечи, уперев конец лука в ступню, и снял тетиву, чтобы оружие не пришло в негодность от "усталости", бросил его в телегу.
- Джон, присмотрите за нашим новым товарищем, я схожу приведу своего коня. Надеюсь, друзья сорванца слишком торопились убраться, чтобы присвоить еще и его.
Накинув на голову белый капюшон, Рамиро вытащил из костра сук покрепче, раскрутил его в воздухе, раздувая притихшее пламя, и скрылся в лесу.

Отредактировано Рамиро де Аттало (2014-10-17 08:45:49)

+2

18

     Это «пока не скажет» несколько тревожило. Эбельт наблюдал за знакомством мужиков с земли, торопливо соображая и стараясь не паниковать, поскольку выход из этой ситуации никак не выдумывался. Вместо этого в мысли упорно встревала возможность расправы, в лучшем случае прямо здесь, в худшем – на городской площади. То, что ребят он не выдаст, было для него очевидным и неоспоримым фактом. Впрочем, держать лицо Эбельт продолжал, не показывая подбирающегося всё-таки страха. И по-прежнему молчал, только красноречиво фыркнув, когда церковник обозначил связывание мордой в землю добровольным и милым согласием составить компанию. Из-за верёвки на руках и ногах он не попытался подтвердить свою исключительную отзывчивость пинком кому-нибудь из мужиков по лодыжке, но желание такое ощутил. По той же причине он мог только дёрнуться, уворачиваясь, когда святоше взбрело в голову отряхивать его от листьев, а заодно, видимо, выбивать пыль. Несмотря на то, что такой шлепок по спине иного парня его сложения мог свалить, Эбельт даже ничуть не согнулся, подчёркнуто медленно шагнув к костру, как от него требовалось. Когда церковник поднял лук, Эбельт отвёл взгляд. Он, мягко говоря, не любил, когда трогали его оружие. Впрочем, судя по звуку, лук перешёл во владение ограбленного – дерево звякнуло обо что-то, могущее быть только одним из вёдер в телеге. Эбельт коротко усмехнулся самым углом губ – больше там звякать нечему. Костёр стрельнул искрами, когда церковник неожиданно выдернул оттуда полено. Эбельт едва заметно вздрогнул, не успев перебороть инстинкт, разозлившись на себя, встряхнул головой и использовал первый пришедший в голову способ убедить всех, включая себя, что ничего особенного не произошло.
     - Для твоего же блага, святоша, надеюсь, что ты идёшь действительно за лошадью,- с оттенком насмешки, но спокойно и вполне искренне заметил он. Никакой угрозы слова не несли, прозвучав ровно настолько громко, чтобы достигнуть ушей размахивающего горящим суком монаха.
     Попыток сбежать Эбельт не делал, не шевелясь и не обращая никакого внимания на ограбленного мужика, которому было поручено его охранять в отсутствие святоши. Глаза с отражением огня казались стеклянными, но мысленная работа возобновилась: одолеть одного, да ещё хромого, проще, чем двух.

[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

Отредактировано Эбельт (2014-10-17 01:52:57)

+2

19

- От помощи не откажусь, святой отец Рамиро, помощь мне очень бы пригодилась. Благодарен, - коротко поклонился Джон, - в свою очередь также не останусь в долгу, когда смогу что либо сделать для вас.
Когда Защитник знаний ушел, краем глаза следя за пленником, кузнец принялся собирать свои вещи, разбросанные по поляне, нож, кошель, так и оставшийся валяться, грабители в попыхах забрали большее, не отвлекаясь по мелочам. Выдернул стрелу из дерева, пробившую плащ, отряхнул его от уже начинавших преть листьев. Обошел костер, постелил на землю плащ, усадил на него связанного, довольно жестко побудительно ухватив его за плечи и направив в сторону земли. Из такого положения парнишка вряд ли сбежит теперь, по крайней мере на активные действия он был сейчас способен. Потом поднял меч, стрелу бросил на пол телеги, из котомки достал чистую тряпицу и сел с противоположной от связанного стороны костра, меч положил рядом. Закатал штанину, осмотрел рану и принялся накладывать повязку, кровь не спешила останавливаться, но рана серьезной не была - царапина по большому счету.
Парень со всей очевидностью только лишь хотел казаться безразличным и спокойным, по факту дела обстояли иначе.
- А меж тем, товарищи твои тебя бросили. И девушка. Я слышал что она сказала, когда ты пришел ее спасать. Я не собирался ее убивать, но друзья познаются в беде - не так ли? Вот скажи мне, стоило оно того? Зовут то тебя как?

+1

20

     Одного хромого одолеть проще, чем двоих, один из которых не ранен и полон сил. Но вот из сидячего положения хрен одолеешь хоть кого-нибудь. Совсем неудачный день. И он был бы менее паршивым, если бы его сразу прирезали, а не читали перед этим нотации. Либо сразу отпустили – мужики проявляли редкую доброту, и он начал сомневаться, что они хоть пустить кровь способны. Церковник ещё ладно, но ограбленный, да ещё перевязывающий прямо сейчас рану… Ещё и плащ подстелил, а сам сел на землю. И ведь в остальном на сумасшедшего не похож.
     - Слышал,- с намёком на передразнивание повторил за мужиком Эбельт.- И что теперь, думаешь, что всё обо мне знаешь?- он сдержался, чтобы не поднять глаза к небу. Достаточно одного святоши, который всё время выискивает там что-то или кого-то, пусть он и скрылся в лесу на время.- Раз охота кого-то пожалеть, пожалей лучше себя,- Эбельт слегка согнул ноги в коленях, прикидывая, как можно быстрее вскочить из такого идиотского связанного положения.- Они зовут меня Лисом,- после паузы продолжил он, слегка выделив голосом, что в прошедшее время друзей переводить не спешит. Это прозвище, которое и ребята-то начали использовать совсем недавно и попеременно с именем, вряд ли могло кому-то из них навредить. И оно определённо лучше, чем пафосные варианты церковника.
[AVA]http://sa.uploads.ru/9ZBbQ.jpg[/AVA]

Отредактировано Эбельт (2014-10-17 20:55:10)

0


Вы здесь » Ревалон: Башня Смерти » Архив завершенных эпизодов » Потерянные дети


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC