Ревалон: Башня Смерти

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ревалон: Башня Смерти » Архив незавершенных эпизодов » Чем черт не шутит.


Чем черт не шутит.

Сообщений 1 страница 20 из 36

1

http://sa.uploads.ru/aquT6.png

Время:
Июль 1656 года.
Место:
Бефсан и окрестности.
Обстановка:
Меняется, как и местоположение.
Действующие лица:
Охрэ, Авилия Ротейм.
Описание:
Желание помогать животным не всегда полезно, в некоторых (специфических) случаях оно может обернуться весьма неожиданными последствиями.

+1

2

По утрам в таверне почти не было посетителей, разве что те, кто спал за столами еще с вечера, но их выгоняли с началом нового рабочего дня. Запах в помещении стоял такой, что хоть топор вешай, поэтому все окна открывали настежь и оставляли так до самого обеда. На кухне чистили котлы, разогревали угли в огромной жаровне – там было тепло и душно. Девушки порхали с тряпками по этажам, будили тех, кто останавливался в гостиничных комнатах, предлагали помыться и позавтракать. Обычный оживленный день, привычные повседневные занятия.
Ближе к вечеру, как только начинало темнеть, постепенно зажигали свечи, запахи витали все аппетитнее, а зал заполнялся людьми. Люди были совершенно разные – чопорные приезжие, уставшие завсегдатаи, нервные торговцы, заискивающе оглядывающиеся жулики; Вил любила наблюдать за всем со стороны. В этот вечер выступления у нее не было, а значит, нужно было бегать с тарелками и кружками между столов и умело укорачиваться от нацеленных ниже поясницы шлепков. Особого труда это не требовало, поэтому девушка только сердито качала головой на неприличные замечания в свой адрес и вежливо, добродушно улыбалась. На разносе она была не одна – помогала девушка с кухни – поэтому иногда удавалось спрятаться в тени за стойкой и поглядеть на все со стороны. Несмотря на сомнительную публику и вредного ворчливого хозяина заведения, Птице нравилось здесь работать, да и выбирать особенно не приходилось. В таверне постоянно кипела и бурлила жизнь, сменялись лица, запахи, разговоры, интонации, если не обращать внимания на раздражающие мелочи, можно многому научиться.
Харлин спорил о чем-то с женой, не реагируя на тех, кто подходил к стойке, поэтому люди, не дождавшись, уходили за столы. Авилия выбирала самых приятных посетителей и подходила к ним, чуть наклонялась, улыбалась и спрашивала: чего желаете. Выслушав гневную или равнодушную речь о том, что обслуживание у них так себе, она отправлялась на кухню за заказом, через несколько минут приносила к столу желаемое и снова удалялась в тень. Так весь вечер, изредка отвлекаясь, чтобы принести воды или прикатить новую бочку вина – тоже полезная работа, развивает руки и общую мускулатуру.
- Где ты шляешься?! – брюзжал Харлин, когда Вил возвращалась за стойку, - Вон к мужику иди! Его все девки боятся. – он кивнул в сторону дальнего столика и слабо пихнул светловолосую в бок.
Посетитель, про которого говорил хозяин таверны, действительно выглядел грозно, но нужно выполнять указания. Ротейм одернула чистый передник и взяла с прилавка кружку холодного пива, направилась к незнакомцу.
- Извините за ожидание и хорошего вечера, это за счет заведения. – она поставила перед гостем угощение и встала в привычную позу «готова услужить», растянув губы в доброжелательной улыбке. – Чего желаете?

+1

3

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

«Расщебетались чечётки, расчирикались».
Охрэ усмехнулся, глядя на косящуюся на него стайку, обслуживающих посетителей таверны девушек. Ни одна из них не решалась подойти к доппелю. Да и как подойдёшь – морда зверская, бугры мышц,  глаза щурит, ещё и скалится, зубы показывая в улыбке. А улыбка-то – страсть. А ну, как вздумает по заду хлопнуть? Это же потом костей не соберёшь. Подбирай потом позвонки, осыпавшиеся под подолом. Но что делать, обслуживать-то надо – гость. Вот и толкают друг дружку, мол, ты ступай. И не идёт ни одна. Всё сразу занятые. А Охрэ что? Охрэ подождёт. Не впервОй. Ему интересно, кто решится. Ещё шире улыбнулся, крепкие, белые, крупные зубы показывая. Никто. Трусихи.
От сколько раз проверял, ни одна не подходила сама. А ведь будь он другим, ну рожу попроще сваяй себе, посимпатичней, без изувеченного переломами носа, без ушедших глубоко в глазницы глаз, да волосёнки погуще себе сбацай, так вились бы, тёрлись вокруг. Так тоже было уже. Было по всякому. Сколь лет прошло, не сосчитать, а как были люди-человеки гнусом, так и остались. Не все. У всех не получалось приспособиться. Были и среди них выродки. Как Охрэ среди доппелей.
А вот, похоже, эта собралась с духом.
Кружка с пивом встала перед ним на стол, а девочка светловолосая встала рядом с ним на пол.
Давай глянем, милая, из каких ты. Выродок ли ты в роде людском?
- Посиди со мной, - пивная кружка потерялась в ладони Охрэ, - и заказ сделаю.
Он одним глотком отполовинил пиво и брякнул кружкой о доски, отыскивая глазами хозяина харчевни. Тот смотрел на них. Доппель кивнул лысым черепом на девушку и подал жест головой хозяину - мол, отвлеку её. Тот развёл руками.

Отредактировано Охрэ (2014-12-13 19:08:17)

+1

4

Рассмотрев мужчину вблизи, девушка поняла, почему остальные не решались подходить. Среди посетителей попадались люди разной внешности – и краше были, но с этим гостем совсем по-другому. Его измятое драками (или чем похуже) лицо отталкивало, пробуждало холодок страха, но больше пугали волны опасности, даже какой-то звериной энергии, исходившие от него, ощутимые почти на физическом уровне. Вил же смотрела на посетителя открыто, ничем не выдавая волнения, продолжая улыбаться, сильного дискомфорта рядом с ним она не чувствовала.
- Посиди со мной  и заказ сделаю.
На такие предложения работницы должны отвечать отказом, поэтому Птица обернулась к Харлину, тот разводил руками, решив, что лучше не спорить с тем, кто может устроить погром. «Старый козел.» - беззлобный вывод. Девушка рассудила, что в этот раз хозяин таверны прав и лишняя шумиха с мордобоем не нужны никому, поэтому кивнула и послушно, обойдя стол, села напротив, сложила руки на коленях и выпрямила спину. Интуитивно Авилия чувствовала, что лично ей мужчина ничего не сделает, а на домогательства всегда можно ответить ударом в челюсть или значительно ниже – ничего нового. Она не выдала удивления, когда гость одним махом опрокинул в себя целую кружку, которую многие тянут по часу, только чуть шире улыбнулась, начиная догадываться, что незнакомец больше играет на публику.
- Не стоит меня сильно задерживать, другие постояльцы тоже ждут ужина. – ее серо-зеленые глаза тускло светились в полутьме помещения, - Так что вам принести?
Остальные разносчицы притихли и сновали по залу молча, украдкой поглядывая в их сторону и перешептываясь у входа в кухню. Наверняка, на следующий день или уже ночью будут расспрашивать – любопытно, но боятся, сами не рискнули бы.

0

5

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

Улыбается. Не боится. И глаза чисты-чистые. Без масла. Твёрдые с муравным оттенком. Выродок ли ты, милая?
Не напугать хотел. Кто хочет, тот уже боится, их и пугать не надо, запуганные. А эта сидит  пряменькая, что колосок в поле. И волосы такие же. Спелые.
Охрэ допил остатки из кружки.
- Подождут, - рык его голоса прокатился по залу, - я же ждал.
И нагло ухмыльнулся, глянув поверх голов, словно спрашивая есть ли желающие возразить. Желающих не оказалось. Доппель возвышающийся над столом, наклонился и ухватил руку светловолосой. Осторожно взял, чтобы синяков не оставить.
- А заказ такой будет, - ладонь девушки потерялась в ладони Охрэ. Он указательным пальцем второй руки загнул мизинчик девичей руки, - Ботвы мне свекольной – пять пучков. Свёклы мытой, тоже штук пять, - доппельгангер, загнул девушке безымянный палец, - моркови штук десять и репы штук пять, - последовали ещё два пальца.
На громадной ладони бугая лежал кулачок с поднятым вверх пальцем. Вокруг глубоко сидящих глаз разбежались морщинки. Улыбается.
- Всё это в корзинку сложи, и принеси ещё мясную похлёбку и рёбрышек, - он закрыл большой палец девушки, завершая кулак, и тихонько сжал свои пальцы, полностью скрывая его.
- Хозяину скажешь, что со мной посидишь. Оплачу твоё время.
Охре разжал руку.

Отредактировано Охрэ (2014-12-13 21:30:54)

+1

6

После грозного рыка мужчины девушки с тарелками будто бы стали меньше, забегали еще быстрее и пригибались еще сильнее, даже старик за стойкой как-то нервно поводил плечами, а Авилии страшно не было. Она не испугалась и когда гость взял за руку – огромные ладони, ее музыкальные пальцы того и гляди переломятся. Слушала бард внимательно, запоминая, переводила взгляд с руки, которой играли, как веточкой, на грубое лицо клиента и кивала. Несколько раз в висок кольнуло беспокойство, когда мужчина сильнее сжимал тиски, но Птица держалась:
- Хорошо. – снова улыбнулась, когда ее отпустили, - Сделаю все как можно быстрее.
Девушка поднялась легко и так же свободно, не расслабляя спины, отправилась на кухню за заказом. В дверях ее поймала хозяйка, начала расспрашивать – давно таких посетителей не было, но Ротейм мотнула головой, мол: «Потом расскажу, надо поторопиться с заказом». Пока кухарка наливала похлебку, Вил вымыла и собрала в чистый холщевый мешок овощи, перетянула горловину тонкой веревкой и подвязала другим концом за угол, получилось что-то вроде лямки, чтобы было удобнее нести. Она закинула сумку за спину, сама сняла с вертела на тарелку гармошку еще шкварчащих жиром ребрышек, посыпала ароматными травами и солью, положила стандартный гарнир – тушеные овощи. Выглянула в зал и, когда Харлин зыркнул в ее сторону, кивком указала на столик:
- Попросил посидеть с ним.
- Попросил, выполняй. Если захочет на ночь…
Вил не дослушала, нырнула обратно в жаркую кухню, забрала блюда и с гордо поднятой головой направилась к мужчине. Девушки совсем напугано шептались за бочками с вином.
- Я могу составить вам компанию. – она осторожно поставила тарелки перед посетителем, невольно вдохнув аромат, улыбнулась, - А это свекла, репа и морковь. Плату принимает тот старик. – чуть шире растянув губы, повела плечом в сторону стойки.
Птица сняла с плеча мешок, положила на свободный стул и уселась на место, которое выбрала и в первый раз, открыто и вопросительно посмотрела на незнакомца.

Отредактировано Авилия Ротейм (2014-12-14 01:35:07)

+1

7

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

Того быка, чей облик носил допплер, в своё время звали Эван, но девочке же это знать не обязательно. Дрянной он был человек. Глупый. А глупость допплер не любил. Особливо наглую и гнусную. Понимал, конечно, что этакой горе мышц разум и не нужен, но ничего с собой поделать не мог. Потому, когда Эван ударил старика нищего, немощного, отпинывая его с порога, одной из харчевен, куда заехал Охрэ по дороге, а потом оставил лиловое пятно на щеке пичуги, вроде тех, что сновали сейчас по залу, то ухмыльнулся Охрэ только, в бычьи налитые кровью глаза заглянув. Да на обратном пути, месяц спустя, зашёл в ту корчму, в ней и узнал, что казнили быка. За грабёж богатого дома на плаху отправили. За задранную юбку вусмерть перепуганной хозяйки дома. Говорят, выл белугой Эван, искренне божился, в своей невиновности. Но кто ему бы поверил, при живых-то свидетелях. Три человека его за этим делом видели. Они и описали. Сама пострадавшая пальцем на него ткнула. А то, что награбленное не нашли - видно сбыл уже.
Ну, да, что вспоминать о дерьме перед ужином. Аппетит только портить.
Глянул – где там Птаха? Щеглухи сбились в стайку, шепчась и на него зыркая. То-то будет девкам занятье - щебетать, да расспрашивать.  Кто-то из вновь зашедших сесть было хотел рядом. Зыркнул на него Охрэ. Глазами Эвана посмотрел.
- Занято.
Сразу сдуло соседа непрошенного.
Вот и Птаха. Застучала мисками по столу, всё расставила и снова сидит перед ним, как не вставала. Пряменькая. С волосами светлыми. Спелыми. Улыбается. Нравится допплеру, когда улыбаются. Вот так вот – спокойно, по-тихому. Честно.
- Расплачусь с ним, здесь ночевать буду, - он подвинул тарелку с мясной похлёбкой к девушке.
- Ешь, - отодвинул к ней и свою ложку.
Сам же ухватил рёбра руками, откусывая с глухим рыком. Так же руками отправляя себе в рот тушёные овощи. Обсасывал пальцы, ухмыляясь, оглядывал общество. Эван при жизни ел именно так, так зачем изменять традиции. А девочка поймёт. Выродок выродка издалека видит. Ведь выродок же?
Несколько минут Охрэ наслаждался рёбрами. Вкусными. С травами. Наконец, облизал пальцы и обтёр их об штаны.
Тихо, так что слов не разобрать, только рокот слышно, спросил.
- Не слышно было, на днях никого в лесу или в городе не задирали? Может скот кто резать стал? В округе зверь не появлялся? Дикий. Рыжий. Нездешний.
Резко подавшись назад, ухватил за подол мимо пробегающую щеглуху. Та взвизгнула. Забренчала пустыми мисками.
- Не ори, не кусаюсь, - гыгыкнул, оскалился, шаря рукой по её юбке, - принеси вина, не задерживайся.

Отредактировано Охрэ (2014-12-14 11:44:02)

+1

8

Было что-то неестественное в поведении этого человека, будто он претворялся кем-то другим, отсюда и ощущение игры на публику, которое не покидало Вил. Она не стала в этом разбираться – раз старательно (и поразительно естественно) изображает, значит надо. Со стороны выглядело довольно любопытно и занимательно, поэтому девушка только наблюдала, все равно она видит его в первый и последний раз, а компанию составить не сложно, может, просто не любит есть в одиночестве. Хотя, на первый взгляд, и не скажешь, что такому свойственно что-либо чувствовать – тело, вырубленное из скалы, и оживленное неведомыми силами. Такие больше сотни слов-то знать не должны.
Птица поблагодарила кивком за угощение и взяла ложку, помешала похлебку, чтобы та быстрее остыла, мысленно попросила матушку – так в таверне называли кухарку – чтобы не переперчила. «Мужики любят острое и жирное,» - всегда поучала повариха, - «Да понаваристее!» Из личных наблюдений Авилия знала, что утверждение не совсем верное.
Вопрос незнакомца удивил, и бард перевела взгляд на его жесткое лицо. Ротейм общалась с торговцами и новости города знала, но ничего похожего припомнить не могла:
- Бефсен – город спокойный, звери редко заходят, больше люди воюют. – она пожала плечами, - В окрестных деревнях ничего не слышно было на прошлой неделе. Рыбаки говорили, что улов пару раз пропадал весь, вместе с сетями, но грешат на разбойников, они в нашем лесу что-то совсем разошлись.
Действительно, за последний месяц все чаще стали грабить одиноких путников, пару раз нападали на повозки, да и скот таскают, но меньше. Когда берут умеренно, жители долго не возмущаются – никому не хочется кровь проливать, а шайки бандитов этим пользуются.
- Старик, что живет у реки, говорил про необычного медведя, огромного, но никто не принимает всерьез. Мало ли, что плетет отшельник. Местные ему не доверяют. – Вил постаралась выудить из потока сплетен еще что-нибудь, но подходящие новости закончились, - Больше ничего не слышно.
На охотника гость не был похож, так зачем зверьми интересуется? Охотники все поджарые, тощеватые, да и с луками ходят, а мужчина уж больше на главаря разбойников похож. Вил стало еще интереснее, но спросить не решилась, да и момент был упущен – посетитель мучил самую младшую из девочек, та чуть ли не в обмороке. Птица украдкой улыбнулась, наблюдая.

Отредактировано Авилия Ротейм (2014-12-14 16:40:16)

+1

9

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

Птаха за похлёбку принялась. Пусть посидит, видел, как бочки катала. Такова жизнь. Иногда преподносит маленькие сюрпризы. А коль глянуть на его тушу, то иногда и не маленькие.
Щглуха - испуганная - одной рукой миски старается удержать, второй - подол трясущимися пальцами из его кулачищи вытаскивает, сама почти в обмороке. Охрэ выпустил платье девушки, чуть придержав ту рукой, чтоб не грохнулась. И отвернулся. Теперь не позавидуют Птахе. Сколько бы ни сидела, что бы ни поела - посочувствуют.
Внимательно слушал про рыбаков. Фыркнул.
Всё не то. Не оно. Пустое. Заинтересовал медведь. Может, ошибся старик или молва соврала. А может и принял за иное просто.
Кувшин с вином принесла другая щебетуха. Первую видно в себя приводили. Охрэ головы не повернул, на светловолосую Птаху смотрел. Подмигнул ей. Улыбнулся. Простецки. Улыбка страшной конечно вышла, лицо перекосив, ну, да, что поделаешь.
- Меня Охрэ зовут, - налил из кувшина в чашку вина, к ней подвинул. Сам же прямо из кувшина глотнул.
Первый и, возможно, последний раз он здесь. Можно и назваться. Все равно утром уедет.
Приспичило  одному здешнему благородному лошадью диковинной дочь порадовать. С двумя горбами конь, а морда, как у овцы. Оплата добрая, согласился добыть. Туда доехал – плюнул. Верблюда конём ещё никто не называл. Везёт теперь. Ему и овощи брал, устал поди, двугорбый ветки жевать, можно его и морковью побаловать.
Вновь взялся за рёбра, обгрызая крепкими зубами кости, брызжа соком на подбородок и голую грудь, что виднелась в жилете.
- Старик-то тот, что медведя видал, далеко живёт?

Отредактировано Охрэ (2014-12-18 18:50:15)

+1

10

Смеяться над бедными девочками Авилия, конечно, не стала, но улыбку спрятать не могла. Когда и мужчина улыбнулся, она была уверена, что правильно поняла его поведение, поэтому немного расслабилась. Ей не сложно было сидеть рядом с ним, хоть внешность и отталкивала, но вино пить не стала – не то время. Из вежливости приняла чарку, но оставила на столе рядом с миской.
- Живет не далеко, если ехать на юг. Там вдоль дороги не широкая речушка, его хижина у самого конца. Одинокий домик, да пара коз рядом, узнаете сразу.
Ей снова стало любопытно, зачем мужчина интересуется подобным, но спросить не решилась, и это было бы лишним. Несколько запоздало Ротейм сообразила, что не представилась:
- Меня называют Птицей, реже Вил – сокращенно от имени.
Девушка отодвинула от себя угощение и привычным ничего не значащим движением перебросила длинные волосы со спины на одно плечо. В таверне становилось все многолюднее, она наблюдала за залом боковым зрением – уже вошло в привычку. Разносчицы суетились больше обычного, для них выдался тяжелый денек, а хозяин громче обычного ругался, даже до стола долетали обрывки фраз, несмотря на посторонний шум. Вил открыто смотрела на незнакомца, пытаясь угадать, что еще он выдаст, чтобы произвести должное впечатление на публику.

+1

11

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

- Птица... - не обращая внимание на имя, повторил допплер, - угадал значит. Я Птахой тебя прозвал. Нравится мне имена всем давать.
Он не стал продолжать разговор об отшельнике. Узнал уже, что хотел.
- Меня бы ты как назвала? -улыбаясь, он обсасывал рёбра, запивая вином из кувшина.
Мясо ему всегда доставляло удовольствие. В любом обличьи, если конечно не ослом становился, да и то ноздрями запах зажаристой корочки и шкворчащего сала втягивал.
Охрэ с упоением доедал рёбра. Некоторые кости он разгрыз и шумно втягивал ароматный сок изнутри них. Таверна заполнялась. Становилось шумней и тесней. Но пустой пятачок вокруг него и Птахи ещё держал оборону за счёт громких взрыкиваний, причавкивания и игры мышц. Но и он грозил пасть в скором времени. Трактир пустоты не терпел. И хозяин, кажется тоже. Всё сердитей глядел в сторону Охрэ и девушки. Амбал и место занимал, и Вил отвлекал, и ел-пил сытно, а вот, денег старик ещё и не видывал, не то, что не держал.
Наконец Охре встал и сам подошёл к трактирщику.
- Девочке работать надо. Гостей много, - хозяин старательно хмурясь, скрывая опаску, упёрся руками в стол, - её похлёбку, кто оплатит?
Охрэ усмехнулся и, не глядя на хозяина, сунул руку за пазуху. Впечатлений всем уже было достаточно, чтобы не доводить дело скандалов и драк. Стражников ещё ни кто не отменял, а с ними Охрэ имел разные точки зрения на своё место в этом мире. Он достал руку из запазухи и накрыл руку хозяина, слегка придавливая её к столу. Лоб хозяина покрылся испариной.
- Она работает. Потом лошадку мою ещё покормит, - он оскалился усмехаясь, - не серчай старик.
Он похлопал по плечу чуть не приседающего хозяина. Возле покрасневшей, отдавленной руки осталась серебряная грошовая монета.
- Утром я уеду. Ночевать здесь буду. Найдётся комната? - он кивнул на девушку, не дожидаясь ответа трактирщика, - она покажет?
Хозяин посмотрел на Вил.

Отредактировано Охрэ (2014-12-18 22:02:30)

+1

12

Казалось, что Охрэ тоже не особенно нравится скопление людей, а может косые взгляды старика и девушек. «Интересный ты фрукт» - без особого стеснения разглядывая собеседника, заключила Птица. Как бы она могла его назвать? Много ассоциаций, но не одной верной и точно подходящей, поэтому Вил не спешила отвечать. Когда мужчина поднялся и направился к стойке, она торопливо собрала все ненужное больше со стола, раздала девочкам, которые огибали грозного гостя, как волны камень, и последовала за ним.
Харлин явно силился не выдавать волнения и испуга, причем, непонятно, что овладевало стариком сильнее. Когда Орхэ полез за пазуху, Ротейм напряглась, до конца незнакомцу доверять еще не получалось, но с облегчением выдохнула, когда заметила блеск метала в ладони. Хозяин таверны уже не чаял избавиться от нависающей угрозы, что прямым текстом было написано на худом лице, даже спорить с гостем не решился, только вопросительно посмотрел на девушку. Птица была не против продолжить разговор, к тому же, она не ответила мужчине.
- Пойдемте, Орхэ, я провожу Вас. – Вил легко тронула того к кому обращалась, за предплечье, - Комнаты на втором этаже.
Она обошла стойку и кивнула на лестницу, дожидаясь его. Харлин шумно фыркнул, когда от него отстали, и вытер лоб не первой свежести рукавом.
- Я бы назвала Вас Зверем, но это будет не совсем правильно. – когда они поднялись наверх и остались одни, посмотрела на постояльца и улыбнулась, - Очень противоречивые впечатления. Для девушек внизу Вы явно останетесь хищным зверем, - она замолчала, открывая одну из дверей и подбирая более менее нейтральное определение, - Для меня, скорее, хитрого зверя.
Говорить честно было не сложно. Пропустив мужчину в комнату с низким потолком и крепкой, хоть и видавшей иды мебелью, Авилия осталась стоять на пороге.

+1

13

Трактирщику, кажется, стало гораздо легче, когда Охрэ закинул свой мешок на плечо, подхватил мешок с овощами и пошёл следом за Птахой. Место за столом, где они сидели вот только что, уже было занято. Ничто не терпит пустоты.
Охрэ поднялся по ступеням, поскрипывающими под его ногами. Гостиница такая же, каких сотни во всех уголках Ревалона. Ничем не примечательная и не выделяющаяся из череды тех, где он уже бывал. Потемневшие от времени стены с тоненькими – не всегда – нитками тенёта в дальних углах, монотонный гул, проходящий сквозь стены из трактира, крохотные комнатки с кроватью, ящиком, и кувшином на нём. Были они и похуже с плесенью на сырых стенах и поприличней. Но все одинаковые.
Он прошёл мимо девушки в комнату, не приглашая её. Усмехнулся – «Зверь… Почти угадала, милая. Я отражение. Людей».
- Ты права, - улыбнулся в кулак, - я хитрый Зверь. Ррррр-ам!
Последнее он рявкнул, оскалившись и глядя за спину Вил. В темноте коридора вскрикнуло явно женским голосом, и раздалась дробь каблучков удирающих по лестнице. Охрэ положил мешок с овощами у порога, прошёл и сел на кровать. Та жалобно застонав, просела под его телом.
- Ты можешь зайти и закрыть за собой дверь, - мужчина говорил спокойно и серьёзно, - я тебя не трону.
Здесь - наедине ему не нужно было изображать из себя Эвана.
- Но, думаю, и слухи пойдут звериные, - мужчина расстегнул кожаный жилет и, сняв, бросил на стул, - если только тебе всё равно и ты сама хочешь.
Колечка, даже простенького у неё на пальчике небыло и, значит, репутация, если она у неё была, бесповоротно исчезнет. Ну, или наоборот - появится. Он сладко потянулся, мышцы буграми ходили под натянутой кожей.
- Мы можем поговорить и при открытых дверях. Но я лучше бы отдохнул. Мне каждые десять минут рычать не с руки, - его глаза задорно и лукаво блестели.

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

Отредактировано Охрэ (2014-12-20 15:39:13)

+1

14

Свободная комната, в которую Ротейм привела постояльца, была одной из самых чистых. Хотя, в неряшливости таверну упрекнуть было нельзя, девушки работницы вымывали все углы каждое утро. В коридоре взвизгнула очередная напуганная разносчица, а Вил оставалось порадоваться, что в руках у той девушки не было посудины с водой, а то бы непременно пролила. Когда кровать тихо скрипнула, Вил инстинктивно снова посмотрела на источник шума, отвлекаясь от бытовых размышлений. Простенький матрац, набитый соломой, сильно прогнулся, пожалуй, гость был еще крупнее и тяжелее, чем бард могла представить.
Охрэ был прав, слухи пойдут и намного раньше, чем он может себе представить. Когда Птица спустится обратно в кухню, ее будет ждать подробный допрос от старика, а потом бесконечные вопросы от остальных, но любопытство, черт его подери, сильнее. Она послушно толкнула дверь, сильнее надавив на створку плечом, чтобы закрылось плотно, и в коридоре их было не слышно, хотя стены все равно тонкие. Такое поведение было действительно значительным ударом по репутации, но Авилия предчувствовала раскрытие какой-то тайны, возможно, страшной, и не могла отказать себе в удовольствии ее узнать.
- Можете больше не рычать, но слышимость все равно хорошая. – она отошла от двери и облокотилась бедром о столик, уперлась руками в край и кивнула на смежные стены по очереди. – Только я не могу сильно задерживаться, старик сильно сварливый.
Ее заинтересованный взгляд блуждал по лицу мужчины, будто пытаясь найти зацепку и разгадать тайну.

+1

15

[AVA]http://sf.uploads.ru/2hKjE.jpg[/AVA]

Девчонка оказалась дьявольски решительной. Или столь же дьявольски беспечной. Или всё вместе. И это всё так же дьявольски радовало. Охрэ уже улыбался открыто, во все Эвановы зубы, что было жутко и смешно одновременно. И вид у Птахи был таким, словно вот прямо сейчас, в эту самую минуту Охрэ ей расскажет... За дверью раздался шорох. Допплер перестал улыбаться и уставился на дверь. Любознательность не порок. Охрэ сам был любознательным до изжоги. Мало этого, это свойство привело его в этот мир из своего уютного и лесного. Каким бы этот самый путь ни был. Но всё же, любознательность и подглядывания вещи разные. Да ещё подглядывание, чтобы потом поглумиться. Сапог, снятый с ноги, просвистел мимо уха девушки и впечатался в дверь подошвой. За дверью  вскрикнули. Эх, да что там. Не будет девке житья потом. Хотел порадовать чуток, а только проблем доставит.
- От ведь щеглухи, - он прохромал к дверям до сапога.
Совсем ломать девчонке жизнь он не собирался, даже ради своей любознательности. Выродок выродка не подставит.
- Не будет тут покоя, - буркнул Охрэ, натягивая сапог, - я твоему хозяину говорил, что ты лошадь мою покормишь, - он кивнул на мешок с овощами, - вот там и поговорим. И знаешь что? – его взгляд снова стал лукавым и весёлым, - я разрешу тебе на ней прокатиться. Не забоишься?
«Эта не забоится» - ему не нужо было даже подтверждений.
В том, что девушка никогда не видела верблюда, в этом Охрэ был уверен наверняка. Эти животные-то и в Харматане были редкостью, а больше нигде не водились. Многие из людей и вовсе не знали об их существовании. Это же надо - «лошадь с двумя горбами и мордой овцы». Девочке будет на что поглазеть. А дочь благородного переживёт, что не первая. Перетопчется.
Чтобы не волновать народ невиданной животиной, вёз его Охрэ в клетке закрытой плотной тканью. Когда миновали скопления людей - выпускал, чтобы не застоялся, да на свет дневной поглядеть, а так прятал от глаз любознательных. Здесь взял на ночь сарайку небольшую возле конюшни у гостиницы, запирающуюся. Туда и определил «коня» до утра.
Жилет он одевать не стал, оставил на стуле. Сунул руку под рубаху, где болтался небольшой узелок, словно ладанка, и достал оттуда несколько пфеннигов и ссыпал ей на ладошку.
- Скажись хозяину больной, - улыбнулся, - после общения со мной уж он поверит. Скажи, что лошадь мою покормишь и спать пойдёшь сразу. А деньги ему отдай, чтобы не гавкал. И вот что. Если решишься кататься, - он заговорщицки понизил голос, приблизив к ней лицо, - портки мужские придётся натянуть. Высоты-то не боишься? - допплер рассмеялся, подхватил мешок с овощами и открыл дверь - коридор после последней попытки любопытничества был пуст, - сарай у конюшни, там и ждать буду. И не боись, Птаха. Не съем.
Закинув мешок на плечо, он вышел. Решится Птаха или нет - верблюда всё равно нужно было кормить.

На улице было темно и душно. За день воздух прогрелся и нагрел землю. Допплер замешкался на конюшне, нагребая ещё охапку сена, такую, что издали, казалось, что по улице идёт небольшой стожок. Из трактира доносились голоса и внезапный смех, жизнь продолжалась своим чередом. Охре протопал к сараю, повозился с дверью и ввалился с охапкой внутрь. В сарае было подозрительно тихо и сиротливо пусто. Сено упало на пол. Ещё не веря своим глазам он прошёл вглубь, но от этого двугорбая лошадь с мордой овцы на место не вернулась.
- Спиздилии! - от гневного рыка сарай, казалось, присел.
Кажется, прощай деньги и деньги сумасшедшие. Охрэ яростно долбанул кулаком в стену… в стену воткнулись уже когти и, снимая стружку, проскоблили по дереву. Доппель в своём истинном обличии втянул ноздрями воздух. Он совершенно забыл о Вил. Верблюда нужно было найти, а туша Эвана запах собственных сапог от запаха незабудки не отличит.

Отредактировано Охрэ (2014-12-20 22:52:54)

+1

16

Вил вздрогнула, когда мимо уха пролетел сапог, чудом не задев волосы, немного запоздало обернулась, но за дверью уже было пусто. «Совсем распустились, надо вас погонять…» - заключила Птица и, улыбаясь, посмотрела на мужчину. Он был прав, похоже, спокойно поговорить им не удастся. «Щеглуха», как назвал Охрэ девочку, наверняка пожалуется хозяйке, а та непременно придет с проверкой, тогда и гостя из номера выгонят, и барду жалованье урежут.
- Не забоишься?
Ротейм беззлобно фыркнула, чего ей лошадей бояться, на скольких уже поездила, но решила  приберечь эту информацию на случай, если понадобится показать себя в лучшем свете. Монеты девушка взяла, кивая в знак согласия, ей это поможет успокоить старика, тот меньше ворчит, когда в ладони звенят гроши. Тем более, Харлин сам постоянно предлагает своих работниц постояльцам не совсем в том качестве, в котором должно; разносчица и блудница – понятия разные.
- И не боись, Птаха. Не съем.
Она снова фыркнула, широко улыбаясь после, Вил знала, что опасности нет, хоть мужчина и выглядит как душегубец. Подождав, пока Охрэ спустится, девушка вышла из комнаты и направилась сначала в коморку хозяйки.
- Матушка, вы заняты? – полная румяная женщина смотрела с интересом, - Могу я сегодня не выполнять вечерние обязанности? Кажется, приболела немного, в сон клонит и голова кружится, боюсь, испорчу что-нибудь на кухне.
Хозяйка открыла было рот, по всей видимости, чтобы мягко отказать, но в комнатку ворвалась испуганная девочка, кажется, та что подслушивала, что-то шепнула на ухо Мирии. Женщина охнула, пораженно посмотрела сначала на одну свою подопечную, потом на другую и махнула рукой, разрешая Птице делать, что та захочет. Недолго думая, девушка прикрыла за собой дверь и побежала вниз, чтобы отдать Харлину деньги. Тот начал ворчать, но когда Вил изобразила страдания от боли и показала трясущиеся пальцы, отмахнулся так же как его жена.
Поднявшись к себе в коморку, бард плотно прикрыла дверь, не без удовольствия сменила платье на любимый мужской кожаный костюм, а женские ботиночки на кожаные сапоги. Подумав, откинула одеяло, сложила из тряпок свой силуэт и накрыла «с головой». Если зайдут проверить, будить не станут, а в темноте похоже на человека. Пока Птица открывало окошко, вспомнила про нож, посмотрела на него с минуту, раздумывая, но брать с собой не стала. Подтянулась на раме, стараясь не уронить ничего со стола, пролезла в узкий проем до пояса, схватилась за балку и вылезла полностью, примерившись, спрыгнула на повозку с сеном. Судя по звукам, на беглянку никто не обратил внимания, прохожие даже не поворачивались в сторону переулка, в котором стояла телега.
Немного выждав, Авилия спустилась с сена, отряхнулась и направилась шагом, чтобы не привлекать посторонних взглядов, в сторону конюшни. Она уже положила руку на кольцо ворот сарая, когда за стеной раздался громогласный рык знакомого голоса. Вил испугалась, но не за себя, скорее, из-за того, что Охрэ может что-нибудь нехорошее натворить, например,  развалить сарай. Дернула на себя ручку и шагнула через порог, стараясь разглядеть мужчину в полутьме, но видела только клетку и какую-то странную горку то ли сена, то ли хвороста. Когда эта горка двинулась и, судя по звуку, вонзила в перегородку что-то острое, девушке стало не по себе, внутри все сжалось. Она инстинктивно попятилась, пока глаза не привыкли к скудному освещению, и Птица не разглядела в шевелящейся горе человеческие очертания, она едва успела закрыть рот ладонью, чтобы крик не услышали посторонние. Ноги отказывались слушаться и шаги назад только казались совершенными, на самом деле, девушка так и стояла в дверях, ошарашено глядя на существо в нескольких метрах от себя.

+1

17

Всё сейчас ярче. Всё стало громче. Ароматней. Запахами раскрасилась июльская ночь. Насколько не чуял Эван, настолько же Охре оглушили запахи. Отовсюду. От вони слизняка оставляющего влажный след на трухе прелой балки до нежного девичьего аромата, смешанного со вкусом кухни и сапожной, выделанной кожи.
«Птаха!» - набатом узнавание бабахнуло.
Присел, а поздно. Стоит милая. Стоит, рукой рот зажав. Он видит её всю, ему света не надобно. До родинки видит, до чёрточки на перекошенном в ужасе лице, до морщинок на суставах пальцев закрывших рот.
Извини, милая. Не хотел. Думал улыбнуть тебя. А вышло напугать. Тише. Тише, не кричи только. Нельзя кричать, милая.
Сквозь сено, как угорь в тине скользнул. Поди и не видела движения. Только рукой рот её накрыл. С когтями рука. Зверская.
Прости, милая. Не специально я.
Дверь совсем тихо скрипнула. Засов упал громче. Заперто. 
Не кричи. Не кричи, девонька.
Маленькая, с него ростом. Коснулся щекой затылка.
- Не кричи, - тихий шёпот, свистящий, - не трону.
Мелькнула мысль - рукой сейчас дёрнуть. И всё. И не будет крика. Только сломанное тело к ногам сложится, а к вкусу кухни аромат крови прибавится. Мелькнула испуганная, как мотылёк забилась, затрепыхалась и погасла.
- Не трону, - уверенно повторил-прогудел тихим басом, - ты же знала, что зверь я.
Это уже сверху говорил. Разрасталась фигура. Уже не щека, уже грудь со шрамом прижимается к её затылку. Не лапища с когтями, а большая рука её ладошку ко рту жмёт.
Пошарился второй рукой рядом. У входа телега его стояла сбоку, к стенке сарая приткнутая. Позвякал скарбом, нашарил рукой округлое вытянул. Бутыль. Зубами пробку выдернул, рукой отводя её руку, зажимающую рот, горлышко к губам её прижал, бутыль наклонил.
- Глотни, легче пойдёт. Я его прогнал. Нет его тут больше, - виновато бубнит, нелепо оправдываясь, как с маленькой.
Не знает, как и успокоить.
Жгучая настойка в бутылке, крепкая. Согревает хорошо, хмелит быстро.

[AVA]http://sf.uploads.ru/2hKjE.jpg[/AVA]

Отредактировано Охрэ (2014-12-25 15:45:40)

+1

18

Существо двигалось так быстро, что Вил едва видела траекторию и силуэт в темноте. На ее руку легла чужая, незнакомая и звериная, кричать захотелось еще больше, причем так, чтобы на шум сбежались не только соседи, но и вся городская стража. Существо попросило (попросило ли?) молчать, но воздух и без того застревал чуть выше легких, не позволяя позвать на помощь. Нечеловеческий голос еще больше пугал, но шевелиться Птица не решалась, лучше вести себя смирно, пока не выпадет удобный для побега (или обморока) момент.
- Не трону, ты же знала, что зверь я.
Если бы глаза девушки могли выпасть из орбит и укатиться куда-нибудь подальше, они бы наверняка это сделали. Страх перерос в безграничное удивление, она пыталась посмотреть на того, кто стоит рядом, проверить, верна ли догадка – бас звучал знакомо. Существо превращалось, перетекало в Охрэ, становилось крупнее, опасные когти исчезли, – Вил этого не видела, она обалдело таращилась на формирующуюся фигуру – и все это за секунду. Мысли путались и мешали друг другу, разрывая череп изнутри, бард хотела что-то сказать, спросить, но звуки все еще собирались в районе горла и подчиняться не хотели, поэтому девушка, отодвинув руку мужчины, только шевелила губами и судорожно вздыхала. Ротейм никогда не думала, что способна потерять сознание от чего-либо, но сейчас ноги заметно ослабели, иллюзия движения пропала, ей просто хотелось обвалиться, как старый пыльный мешок с тряпьем, на пол и водить ладонями по полу вокруг себя. Шок. Она держалась за руку оборотня, чтобы не упасть, и старалась успокоить бешено и неровно бьющееся сердце. Ей что-то приложили к губам, в рот потекла непонятного вкуса и с резким запахом жидкость, не соображая, Авилия начала пить, пока пищевод и желудок не обожгло. Девушка отшатнулась от мужчины и закашлялась, сплевывая привкус крепкого напитка, но организм уже охотно усваивал алкоголь.
С минуту Вил стояла согнувшись, глядя в пол и все еще покашливая, а потом в голове все начало проясняться. Она посмотрела на Охрэ вопросительно, уже менее удивленно, из ее памяти всплывали легенды об оборотнях, что рассказывала матушка, разогретый мозг связывал их с увиденным.
- Что… - Птица задохнулась, стукнула себя кулаком по груди и продолжила, - Что ты такое?
Всю жизнь она думала, что легенды – это выдумка, с определенным смыслом и назначением, с подтекстом, но выдумка.

+1

19

Она должна была кричать или замереть и, выпучив глаза, слабо отмахиваться, биться в истерике или молча рухнуть на пол, закатив глаза под веки.  Но Вил послушно и молча глотала из бутылки. Потом, не молча - кашляя - согнулась и пыталась отдышаться. Настойка была знатная. Охрэ сам делал. Можжевеловая. Дед его научил. С бутылки выносило напрочь.  Пока девочка отдыхивалась, Охрэ натянул штаны, как-то не нравилось ему в одной рубахе стоять. Да и к тому же Птаха и так натерпелась, ей ещё голого мужика под боком не хватало.
Ну и что с ней теперь делать?
Пошарился всё в той же телеге, достал масляную лампу, почиркал кремнем – по сараю разлился тусклый свет. Поставил лампу на бочку, от греха подальше, сено же везде валяется. Тут и девушка продышалась как раз.
- Что ты такое?
«Что-что… конь в меховом манто…»
- Ну, понятно, что не верблюд, - он старался говорить тише, неопасно, чтобы ещё больше не напугать девушку, - говорил же уже… зверь я. Охрэ.
Что будет дальше и как теперь быть, Охрэ не представлял. В живых оставить?
Так ведь… Вот! То-то и оно…
Удавить? Так он сразу от той мысли отказался, а сейчас рука не поднимается. Но видимо придётся. Допплер вздохнул и уселся прямо в копну сена, между Вил и дверью, поставив локти на согнутые колени. Глотнул из бутылки. Устало провёл ладонью по лицу, потёр лапищей лысую макушку.
Бежать Вил было некуда, только через него, попытается кричать – достанет сразу. А может связать? За ночь он успеет уйти из города. Погоня, конечно, будет и с верблюдом не понятно, где его искать. Но хоть девчонка живой останется.
За это нужно было выпить, за жизнь-то. Охрэ сделал щедрые глотки из бутыли. После вина за ужином пошло вообще шикарно. Тепло разливалось по телу, в голове приятно зашумело. Он извиняясь смотрел на Птаху и как-то даже жалобно вздохнул.
- А у меня верблюда спиздили, - и голосом полным  горького сожаления и сочувствия, что уже не случится, продолжил, -спёрли, то бишь... а я тебя покатать хотел на нём. Глотнёшь?
Он протянул ей бутылку.
- Не бойся, не отравленное.
Хотя, куда ей ещё чего-то бояться-то. После зверя-то...
Может и обойдётся как-нибудь…

[AVA]http://sa.uploads.ru/EYKUo.jpg[/AVA]

Отредактировано Охрэ (2014-12-28 18:33:48)

+1

20

Ответ на вопрос ситуации не прояснил от слова совсем, незнакомое слово Птица пропустила мимо ушей, сознание трепыхалось как канарейка в крохотной клетке. Сложно переживать разрушение убеждения, особенно в такой доходчивой и наглядной форме. Вил дышала, смотрела на Охрэ, потом себе под ноги, когда мужчина зажег свет, зажмурилась. Настойка оказалась действительно крепкой, а уж для девушки, не пьющей даже вино, тем более. Оборотень выглядел виноватым и качался, Ротейм посмотрела на клетку, та тоже качалась, стоило сделать вывод, что виноват не мир, а она сама. Мысли убежать не возникло, зато посидеть очень хотелось, поэтому Ротейм нащупала бочонок и не без труда уселась на него. Теперь можно было смотреть на собеседника, ничего не отвлекало.
Снова прозвучало незнакомое слово и, забирая бутылку из рук оборотня, бард решила узнать его значение:
- Верблюд? Что это значит?
На этот раз Вил додумалась сначала понюхать предложенный алкоголь, наморщила нос – даже запах сильный, мысли прочищает. Понимая, что страх затих ненадолго и его надо заглушить окончательно, сделала несколько маленьких глотков, зажмурившись, выдохнула и вытерла губы тыльной стороной ладони. От горла вниз потекло раздражающее сейчас  тепло, охватило желудок и уже медленнее поползло по конечностям. Тут девушка вспомнила еще кое-что:
- Ты же говорил про лошадь?..
Она была не совсем уверена в этом, но не успевала уследить за словами, которые срывались с языка быстрее, чем здравый смысл их ловил.
- Я не боюсь, что за верблюд? И зачем эта клетка? – она указала на предмет разговора, - И что я только что увидела? Как… Почему так… Раз, и другой человек?.. Или не человек вовсе!.. И кто что спзпер?..
Бормотала полушепотом, вопросительно и требовательно глядя на Охрэ, уверенная, что он вот прямо сразу начнет объяснять и раскладывать все по полочкам. Слова смешивались друг с другом и, произнесенные, падали на пол, Птица их почти видела, но сдержать не могла. Медленно нарастающая истерика. С опозданием сообразив, что надвигается неминуемое, девушка выпила еще пару больших глотков и отдала бутылку. Глаза слезились от жжения во рту, но именно эти ощущения приводили в чувства, Ротейм трижды ущипнула себя за бедро, набрала побольше воздуха в легкие, выдохнула. Сердце билось быстро, но уже ровнее, девушка взяла себя в руки, и тепло внутри стало приятным. Она снова посмотрела на мужчину.

+1


Вы здесь » Ревалон: Башня Смерти » Архив незавершенных эпизодов » Чем черт не шутит.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC