Ревалон: Башня Смерти

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ревалон: Башня Смерти » Архив завершенных эпизодов » Линия крови путь тебе укажет ©


Линия крови путь тебе укажет ©

Сообщений 41 страница 51 из 51

1

✔ Время: ночь с 5 на 6 января 1658 года - .... января 1658 года.
✔ Место: Аквилейский тракт
✔ Участники: Джон Лайт, Ларгре Шанаро и другие. Возможно появление Красных Гарпий
✔ События:
Продолжение квеста Путь во льдах: на юг
Допросы пленников почти ничего не дали, и обозы вместе с наемниками, гвардейцами и прибившимся людом двинулись дальше. Двинулись, как и положено каравану с обозами, медленно, а после соединения с колонной беженцев появились дополнительные хлопоты.
Во время перехода один из пленников, пацан по имени Стефан захворал - забледнел, залихорадил, ничего не жрет и люди умные начинают подозревать, что он вампир. Есть и еще один пленник, который вызывает тревогу - одна из Красных Гарпий, а эта нечисть, временами бывает даже более реальной, чем кровопийцы.

0

41

Нет, определенно этот день начал не задаваться еще до рассвета. Работа откладывалась,  на нее оставалось слишком мало времени, а процесс ковки не терпит противоречащих технологии изменений по времени. Иначе это будет некачественная работа, а Джон никогда так не делал и делать не собираться. Его доброе имя было кроме всего прочего еще и показателем надежности его изделий. Гвардейцы приказали идти с ними, Лайт намерения возражать не имел. Уже хорошо было то, что они передумали уводить на разбирательство Саманту. Значит все в порядке и он все решит сам.
С мужиком говорить дальше было не сподручно. На его пару слов он выдавал сотню, и это категорически мешало делу. Однако отпустить его из рук он не рискнул, не понадеявшись на абсолютную точность своих выводов о его физическом состоянии.
Кивнул гвардейцу:
- Хорошо, офицер, сейчас, пару минут на сборы.
Дотащил вора до своей второй телеги, прислонил его спиной к борту и, придерживая его одной рукой, вытащил полуторный меч в ножнах, один из тех, что предназначались на продажу. Обернулся к парню, что пришел со сломанным мечом, до сих пор не покинувшим место у костра, протянул ему вперед рукояткой:
- Держи на замену тебе временно, пока я твой не сделал. Потом обратно обменяемся. Извини за задержку, сам видишь как все обернулось.
- Я скоро вернусь, Сэм, завтрак стоит у костра, он кажется уже успел свариться,
- сказал жене. Саманта подошла к нему и молча стояла рядом. Имела немного растерянный вид, в противоположность недавней решимости. Джон ободряюще улыбнулся ей, удобнее перехватывая “голодного и обобранного” за предплечье,
-  Ларгре, пойдем, - кивнул наемнику, и сам пошел вслед за гвардейцами, помогая идти бывшему зажиточному гражданину, имевшему честь пожимать руку его высочеству в прошлом.
Так они шли некоторое время до палатки исполняющего обязанности командира колонны. Джон не слышал как плакала Рут, не видел огня в ее руках, он думал о том, что огонь в горне скоро погаснет, и нужно будет разжигать заново. Одно только - он нечаянно поскользнулся на льду, чуть не упал вместе с мужиком, но удержал равновесие. Застучала, запульсировала кровь в висках, дыхание перехватило. Но прошло почти сразу. Он никак не сопоставил этот момент с тем, что его собственный огонь, его собственная составляющая духа  стала частью его дочери вовсе не в фигуральном смысле этого слова.

0

42

Гвардейцы рассуждали о нарушении общественного порядка. Без сомнения, если бы никто не сопротивлялся, если дать себя ограбить и убить - это считалось бы сохранением общественного порядка, в душе Саманты поднималось возмущение. И если бы Джон не подошел вовремя и не взял все вопросы не себя, Саманте много было чего сказать гвардейцам, и она могла бы и не сдержаться. Но сдержалась. Даже тогда, когда “отдавший все на благо отечества” почти ухватился за ее юбку. Она слышала каждое слово этого человека, что пытался оправдаться перед Джоном. Скользкий, ничтожный, слабый,  меж тем исключительно изворотливый человек, Саманта видела по лицу мужа, что тот его пожалел. И это было к лучшему.
Но теперь гвардейцы забирали его, и женщина растерялась, снова обретая надежду и уверенность лишь после его обещания вернуться.

Джей вылез из телеги первым, за ним Марк, а следом Рут. Конечно они все слышали с самого начала, Джей хмурился, Марк жался к нему, а плечи Рут сотрясали рыдания, она звала отца, и Саманта ничего не могла с этим поделать.
Она присела рядом с дочерью, стараясь успокоить ее, заверить что  папа ушел по делам и скоро вернется,  все было бесполезно. Рут чаще тянулась к отцу, чем к матери. Она боготворила его, обожала. Даже первое произнесенное ей слово было “папа”.  Рут не плакала во время битвы позавчера, она держалась с удивительным для нее мужеством маленькой девочки, и теперь видимо прорвало.
А потом откуда то взялся огонь в руках Рут. Саманта не поняла что произошло, но среагировала мгновенно, старалась сбить огонь, погасить его собственными руками, а Рут отбросила его от себя, расплавляя лед вокруг.
Джей опрокинул на них ведро холодной воды, которое отец приготовил для охлаждения раскаленной стали меча и все трое застыли в тишине. Рут перестала кричать, замерла, глядя куда то вдаль. Саманта не отрываясь смотрела на нее, такую серьезную, не замечая боли в собственных обожженных руках.
И среди этой тишины до нее дошло то, что произошло. Такое уже было в их деревне, мальчик голыми руками умудрился спалить стог сена, арии пришли за ним через два дня.
Она встала на колени перед Рут и обняла обожженными руками свою маленькую девочку, крепко прижала к себе, будучи не в силах повернуть время вспять, будучи не в силах ничего изменить и отменить. Точно осознавала что будет теперь.
Занимался рассвет.

Отредактировано Саманта Лайт (2015-05-09 17:40:45)

+1

43

Да, беда не приходит одна, верно? Вот и сейчас гвардейцы решали всех забрать, никого не отпускать и вообще, видимо, выслужиться. А может и действительно им был дан приказ, чтобы дисциплина в лагере была жёсткая. В любом случае, забрав всех под стражу, они даже не почесались забрать у наёмника оружие. А если бы и почесались, то беда была бы много большая. В любом случае, Ларгре к оружию не тянулся и даже не прикасался, всем своим видом показывая, что проблем не создаст и агрессивно себя вести не будет. Вот только это не помешало бы ему выступить одному против всех, если вдруг понадобиться. В тюрьму? Хрен вам. На виселицу? А почему бы тогда и не убить парочку гвардейцев, если всё равно помирать? Агрессия породить агрессию, как умно сказали бы какие-нибудь мыслители и учёные. А пока её не было, то наёмник вообще не подавал признаков, так сказать, жизни. Просто был молчалив и шёл куда ведут. Разве что, когда встретился с гвардейцем, коему надо было чинить меч, то лишь виновато развёл руками, мол, извини, твои же ребята нам дело сделать не дали. Но Джон постарался хотя бы частично оправдаться, отдав гвардейцу свой меч. Поступок весьма достоин уважения, хотя бы потому, что лично Ларгре свой меч не отдал бы. Меч спасал его жизнь и отбирал жизнь его врагов, потому дважды нет. Даже трижды - без меча просто неуютно. Вернее, совсем без оружия.
Пока их вели к палатке, Ларгре мысленно решал вопрос "как убить побольше гвардейцев, если придётся". У него есть щит, у него есть меч, у него неплохие доспехи. Конечно, всё это не блестит и не сверкает, но это даёт шансы. К тому же, воин он умелый, но и гвардейцы не лыком шиты. Но всё равно наёмник ставил своё мастерство выше гвардейского. Числом его задавят, в этом никаких сомнений. Но двоих он убьёт. Троих? Тоже может быть. Если будет достаточно быстрым. Но хотя бы одного должен точно, иначе он расстроится. Обидно половину своей жизни ненавидеть гвардию и дать ей себя убить без единой потери.

0

44

Ева внимательно смотрела на гвардейца и лишь кивнула на его слова. Конечно, этот человек был прав, лишние слухи разводить не стоит, но арий не мог не предложить свою помощь по урегулированию проблемы.  Люди… люди… почти прожитый век, а они всё продолжают удивлять. Лекарь вновь взглянула на мальчишку, её взгляд выражал странные эмоции, которые трудно заметить, если не вглядываться в её бесстрастное и благородное лицо. Смятение, борьба противоречивых чувств и прежде всего осознание, что мальчишке не выжить.
Вдруг в палатку ворвался ещё один гвардеец, видимо подчиненный лейтенанта и, несмотря на присутствия арийки, стал докладывать о происходящем.
«Вот оно что…. В лагере произошла драка, скорее всего кто-то ранен …», - мелькнуло в сознание трудоголика лекаря,  когда Маркус приструнил паренька за его вольности. Ева же и глазом не повела в сторону пришедшего, она продолжала наблюдать за состоянием мальчика, вытирая пот с его лица.
Маркус приказал завести нарушителей в палатку, Ева, нахмурившись, взглянула на этого человека и тут же вернула свой бесстрастный вид.
«Правильно ли будет сюда впускать людей, когда тут находится действительно «нечисть»?  Что вы творите… Если они ранены… мальчик может почувствовать кровь и очнуться… Ох, Маркус, вы играете  с огнем».
Ева встала около кроватки, закрывая собой мальчика.
«Будем, надеется, что он уже слишком слаб и не найдет в себе силы даже двинуться…» - цинично дала оценку, но вновь тревожный взгляд оглядел кроватку. Вдруг сильная волна энергии заставила пробежаться мурашками по коже арийки. Её синие глаза расширились, а дыхание на миг замерло.
-… Ох, – не сдержанно вырвалось из бледноватых губ, и женщина прикоснулась пальцами к своей переносице, закрывая веки.
- Лейтенант…   мне нужно идти, - Ева приближалась очень близко к мужчине, говоря достаточно тихо, -  Только что свершилось рождение Ария.
Вид Градич был до безумия строг, серьезен и в тоже время волнительным. Останавливать мага было бы ошибкой.
- Надеюсь, вы справитесь с мальчиком…. И примете верное решение.
Дрогнет ли рука человека перед убийством существа, который в будущем убьет тысячи невинных душ?  Или же этого вампира ожидает иная судьба? Ева не та кто будет осуждать, но было лишь одно решение, которое спасало положение и репутацию. 
- А сейчас, прошу меня извинить, - с этими словами женщина повернулась к выходу.
Их взгляды встретились, когда Градич покидала палатку, что-то ёкнуло и всего на миг, она замерла, разглядывая знакомые черты кузнеца. Голова чуть кивнула, словно приветствие… И тут же Ева вернула прежнее спокойствие идя по зову долга.
«Вот мы и встретились вновь…»
***
Арийка знала куда идти и шла очень быстро. Будто бежала от чего-то. Она сдержала свое удивление, когда перед ней показались знакомые лица. Однако волна трепета окатила тело лекаря.
Тихо подойдя к душераздирающей картине, холодная рука арийки опустилась на голову обнимающей свое дитя женщины. Сила покинула Еву, и потоки энергии направились  в тело матери.
- Саманта, - достаточно звонко арийка произнесла имя человека, который когда-то не так давно обратился с просьбой о помощи, - Вы замерзнете так, немедленно вставайте.
- Саманта, - вновь повторила Ева, уже видя, что руки женщины были в ожогах, - Ваши руки… Огонь... Ясно, - с каждым словом голос переходил в шепот.
Взгляд синих очей перешел на девочку, и на лице ария возникла легкая и мягкая улыбка.
- Это великий дар, дорогая… Не бойся, теперь будет всё хорошо. Тебе уготована особая судьба. А теперь быстро переодеваться, иначе вы обе залихорадите! Не расстраивайте своего отца. - Ева нахмурила брови, заглядывая уже в глаза Саманты.

Отредактировано Ева Градич (2015-05-12 14:13:34)

+2

45

- Мне идет всё, кроме женских платьев, дорогая, - произнес он, ухмыльнувшись. Да, Нариил стал относиться ко всему проще, с тех пор, как познал голод и страдание, но это не меняло того, что инкуб был абсолютно уверен в своей сногсшибательной привлекательности.
- И потом... Возраст уже такой, пора бы и бороду отпустить. А лучше бородку. Я же не старейшина деревни, чтобы носить длинную култистую бороду, - пригладив пальцами растительность на лице, Нариил пожалел, что находится так далеко от дома. Поначалу это безобразие сильно кололось, но стоило только волосам чуть отрасти, как они стали мягче и теперь было просто непривычно ощущать их там, где раньше даже не думал их отращивать.
- Пошли в лагерь. Мы так и не нашли... Никого. Походим, посмотрим, кто чем занимается, поговорим с людьми, может, кто и решится присоединиться. Тут толпа смертных, уж пару женщин-то отыщем... - Нариил, обнимая Морин за плечи, повел её вглубь лагеря. Всё-таки, ничего не делая они вряд ли могли добиться хоть каких-то успехов.
Люди же, тем временем, начали просыпаться. Кто-то сонно зевал и потягивался, а кто-то уже принялся за дело: ремесленники, их семьи, просто семьи крестьян и одинокие, потерянные людишки... Все они выглядели довольно жалко.
- Высматривай девушек с печальными глазами. Или с отрешенным взглядом. Те, кому нечего терять, лучше всего подходят. И молодые матери. И да... Морин, не надо прыгать из огня да в полымя, сперва сочувствие и располагающий разговор, а лишь потом предложение. Пока мы путешествуем, у нас есть время расположить к себе, не стоит торопиться, - говорил инкуб уже не в первый раз, внимательно скользя взглядом по лицам просыпающихся людей.
- И да, нам не нужны страшные, - добавил он, поморщившись.
Так они и шли по лагерю, пока взгляд мужчины изучал людей.

0

46

Морин смогла взять себя в руки, успокоить разбушевавшуюся паранойю, она поверила, что всё еще не так плохо и жизнь продолжается. Конечно, девушка не могла назвать свое нынешнее положение прекрасным, бывало и в разы лучше, но она хотя бы была не одна. Сейчас у Крейн рядом был тот, с кем она могла не только перекинуться парой фраз, но и поделиться мыслями, мнением и даже тайнами, ведь Нариилу вампирица доверяла, хоть и была раньше убеждена, что верить никому нельзя, да и любить никого не стоит.
- С такой самоуверенностью тебе и платья пойдут, - негромко засмеялась Морин, не спеша отворачиваться от мужчины. Она подняла руку и нежно провела пальцами по густой бороде инкуба от уха до подбородка, а затем не больно, но всё же дернула Нариила за волоски. - Тебе определенно идет растительность, так что отращивай бородку, - одобрила вампирица выбор Нариила и отпустила его. Морин поправила плащ, в который куталась всё последнее время, ведь не очень любила холод, убрала растрепавшиеся волосы за уши и осмотрелась. Здесь, на окраине целой колонны беженцев, было не многолюдно, но уже становилось довольно шумно, ведь люди постепенно пробуждались, поднимались и занимались огнем, чтобы приготовить пищу и согреться. Крейн всё это видела и слышала, она внимательно следила за людьми, она хотела увидеть панику в их глазах, сменяющуюся решимостью искоренить нечисть, заранее. Девушка хотела узнать о намерениях людей до того, как станет слишком поздно спасаться. К счастью, пока всё было тихо и спокойно, беженцев больше заботила пища для собственных желудков.
- Мне бы хотелось отыскать всё-таки побольше двух женщин, - поделилась Морин своими мыслями. - Вся эта затея, ну в смысле двигаться вместе со всеми этими людьми в неизвестном для меня направлении, - девушка указала взглядом на окружающих их беженцев. - Вся эта затея очень опасна и чтобы хоть как-то оправдать такой риск, было бы отлично найти много работниц, - негромко произнесла вампирица, уже идя с Нариилом в самое сердце толпы. Такое же желание было, скорее всего, и у инкуба, они оба хотели возродить его дело, залечь на дно и зажить относительно спокойной жизнью. Морин, конечно, не совсем была готова жить в городе, она просто всю жизнь провела в лесах, на дорогах и в небольших деревнях, всегда старалась быть подальше от скопления людей, но хотела попробовать, она желала перебороть себя.
- Да это целая наука! - Тихо возмутилась Крейн и не представляющая, что выбрать работниц в бордель так трудно. - Это мне что, еще и жалеть их? То есть прямо находить мягкие слова и сочувствовать? - Вопрошала вампирица, никак не ожидавшая, что ей придется быть еще и милой с побитыми жизнью женщинами. Девушка всё это время считала, что стоит подойти к грустной даме и сказать что-то вроде "идем со мной, получишь кров, хорошую еду и прекрасную работу", как она улыбнется, обрадуется, что не умрет от голода, и даже не будет раздумывать, согласится немедля. Как выяснилось, всё намного сложнее, намного! Но отступать Крейн не хотела, она решила собрать в кулак всю свою дружелюбность и выполнить поставленную задачу.
- Смотри, а те две женщины с тремя детьми выглядят довольно грустно и подавленно? - Шепотом поинтересовалась девушка у Нариила, указав взглядом на маленькую девочку, рядом с которой крутились два мальчика, женщина с обожженными руками и высокая темноволосая женщина. - Нет, они всё-таки не похожи на страдающих, пойдем дальше, - решила Морин, продолжая дальше изучать самых разных женщин, коих в лагере было не мало.

Отредактировано Морин Крейн (2015-05-14 13:59:03)

+1

47

Приказу гвардейца Лудде последовал тут же, прекратив завывать и заерзав в хватке кузнеца. Встать на ноги самостоятельно у него не получилось. Уж больно хорошо отходил его наемник по ребрам. Канутус шипел сквозь стиснутые зубы, но членораздельных звуков больше не произносил. Благо кузнец помог ему переставлять ноги. На полпути Лудде загнулся, исторгнув из себя жалкое подобие рвоты, пустому желудку нечем было поделиться с землей и он судорожно бился внутри хозяина. После этого в глазах у бывшего почтенного гражданина потемнело и он едва не осел в руках Лайта, полностью положившись на его милость. Навряд ли его повесят – слишком много чести, веревки жалко. Могут заколоть. Умирать, истекая кровью, Лудде хотелось меньше всего, но в теперешнем состоянии он не мог надеяться ни на скорость своих ног, ни на увертливость, ни на сожаление его охраны. Императорский закон вновь настиг господина Канутуса и теперь, очевидно, уже точно грозился лишить своего верноподданного его никчемной жизни. Лудде не заслужил оправдания государства. Бывший трактирщик склонил голову на грудь и тихонько заплакал, роняя крупные, как горох, слезы на порванную и замусоленную рубаху. В душе шевельнулось давно забытое, единственное оставшееся ему утешение – Канутус еле слышно промычал «матушка Мартиника, Создатель-батюшка». Всех троих завели в палатку. Внутри было тепло, сухо и пахло добротной кожей. «Матушка Мартиника, позволь мне помереть скоренько и здесь», - подумал Лудде, сдавленно всхлипнув.

0

48

Тит не хотел давать никаких минут ни на какие сборы, но увидел у костра кузнеца товарища по оружию и смягчился. После боя многие испытывали некоторые проблемы с оружием или кольчугой и привал был отличным поводом все это подлатать.
- Ладно, только быстро, - пробубнил гвардеец себе под нос. Дошли без приключений, что не могло не радовать. Теперь лейтенант разберется что к чему.

***
Маркус уже принял решение и теперь все его последствия лягут на его плечи. Что ж, тем проще для всех остальных, главное, чтобы все получилось. Он окидывал хмурым взглядом вошедших, когда магичка что-то почувствовала и встрепенулась.
- Да, мэтресса, конечно. Спасибо вам за помощь, - весьма искренне поблагодарил лейтенант и не стал удерживать арийку. Если она права и в лагере пробудился стихийный маг (час от часу не легче), то чем быстрее она окажется возле него и поможет взять под контроль силу, тем будет лучше для всех. Еще одного всплеска драконьего пламени или урагана люди могут и не выдержать. Интересно, у кого из детишек случилось такое? Повезло родителям – такая честь. Сейчас, впрочем, некогда было отвлекаться.
- Вы, стало быть, разводите шум в лагере? – голос лейтенанта отдавал сталью. Именно такой тон он использовал, отдавая своим ребятам приказы на поле боя. – Непорядок. И ради чего? Мальчик заболел, - Гжижка указал на свернувшегося под одеялами ребенка, - А вы уже орете о нечисти? Разве стала бы мэтресса оставлять все как есть, если бы он был тварью какой неестественной? – ответа этот вопрос не требовал, и мужчина уверенно продолжил, - То-то же. Даже мэтресса не уверена, что он выкарабкается, - с весьма натуральным вздохом сообщил Маркус. Мальчишке и правда оставалось жить пару часов. Болезнь, правда, отношения к этому не имела.
- Выйдем. Выздоровление – тонкий процесс, может, после вмешательства мэтрессы парень и оклемается, - гвардейцы вывели всех из палатки, чтобы не мешать, и уже на воздухе лейтенант продолжил. Теперь нужно найти предлог, чтобы отпустить этих подравшихся идиотов. Законы военного времени никто не отменял, но эти трое солдатами не были и было бы полезнее, если бы они распространили по лагерю беженцев весть о том, что никакой угрозы со стороны нечисти нет.
- Мне доложили, что вы устроили драку. Непростительно. Жесткое нарушение – Маркус чуть было не ляпнул «устава», - законов. За это вам полагается наказание… если конечно это не были ваши, - тут лейтенант указал пальцев на Джона, - Разборки с вашими же работниками. Тогда за это полагается только штраф за нарушение общественного спокойствия.
Оставалось надеяться, что мозги у кузнеца есть, и он поймет, что должен сказать в ответ на обвинение.

0

49

Вор шел с трудом, он мучился и молился. Этот человек был слаб и голоден, пытался выживать, как получается. Что ж, плохого он не сделал, не успел сделать. Но врагом он тоже стать не успел. Кузнец дотащил его до палатки гвардейцев, уже чертовски жалея о произошедшем. Да только в произошедшем виноват был один он, потому что покинул место своего действия в очень не удачный момент. И теперь разбирательство могло бы вылиться во что угодно.   
А на выходе из палатки он увидел ее - Еву Градич, ту, которой он был обязан жизнью, она тоже его увидела, и спешила по своим делам. Джон проводил ее взглядом. Оторопел на мгновенье, а потом их завели в палатку. То ли то день был такой, или даже не день - когда все должно было одновременно случаться. Определенно это что то значило. Лайт повернулся к наемнику Ларгре Шанаро лицом, все еще удерживая мужика, практически висящего на нем. Он пытался ему сказать без слов, что будет драться за него до конца, но что бы тот пока не предпринимал ничего. Не был уверен, что тот поймет. Но Джон старался.
От гвардии он ожидал всего, от взыскания с нарушителя до ареста всех присутствующих.  Особенно памятуя о приказе по угрозой смерти не покидать дороги. И он был обязан рассматривать варианты самого худшего. А именно - наказания Ларгре. И здесь он не мог его оставить, потому что парень защитил его, и его семью. И если потребуется - Джон будет сражаться за него до самого конца. Да все вышло иначе, все вышло проще; вор в руках Лайта рыдал, это приносило отвращение и жалость в одном ощущении. И Джон потряс его легонько, шепнув на ухо, “если тебе не сложно, будь добр, маленько подержи себя в руках, ничего с тобой не случится”.
И исполняющий обязанности начал говорить, под одеялами лежал Стефан, Степка, как называла его его мать, которой больше не было. Еще полтора суток назад Джон говорил с этим пацаном, и теперь тот лежал под одеялами, а бабка, имени которой он до сих пор не узнал - бежала по лагерю в панике причитая о нечисти. Молча слушая исполняющего обязанности командора, исполняющего обязанности Вацлава по фамилии Лец, гвардейца Маркуса, Лайт все пытался поудобнее перехватить мужика, избитого и отчаявшегося. Тот все пытался падать. Лайту хотелось домой. К костру, горну и наковальне. В идеале - совсем домой, и что бы все это оказалось сном - минутная слабость, недостойная человека, отвечающего за жизнь тех кого любит.
Их вывели из палатки долой, наказание… штраф. Лайт усмехнулся. Как все оказывается просто. Как легко кому то напасть на других, как легко защититься самому, как легко нарваться в связи со всем этим на штраф или наказание. Гораздо проще, чем можно было бы рассчитывать на защиту гвардейцев. Зато теперь придется заплатить. Но это лучше чем смерть, лучше чем потеря времени. В конце концов это не то место, где он устанавливает правила. И была не та ситуация, где бы он стал бы пытаться все поправить. Там его ждала Саманта, Джей, Марк и Рут. Здесь стоял человек, которому Джон был обязан. Почти что на нем самом висел несчастный голодный и обобранный. И это было не дело гвардии, но гвардия  собиралась получить свое. Чтож, пусть получит.
- С моими, лейтенант, с моими, с кем же еще. У нас бывает, - кивнул кузнец, - штраф заплачу,  сколько? Прошу только учесть, что я еще не успел заработать, но по достижении Гадары - надеюсь наверстать.
Снял с пояса кошель, орудуя одной рукой, ибо вторая была занята, протянул лейтенанту.
- Вот, хватит на штраф, да? - Теперь, если все в порядке, мы бы пошли собираться перед отправлением.

Отредактировано Джон Лайт (2015-05-23 23:34:11)

+1

50

Боженька услышал. Впервые в жизни услышал. Момент вышел настолько чудесный, настолько удивительно неожиданный, что Лудде тут же прямо на месте и уверовал. Его пробрала дрожь. Неужто, и впрямь?! Гвардейцам оказалось лень возиться, а может проще – хотелось чуток подзаработать. И кузнец ни с того ни с сего выбросил на ветер целую кучу деньжищ. Какой полоумный так бросался монетой во время войны? Да еще заради вонючего попрошайки?
- Вестимо! – подхватил слова Лайта Канутус, - Вестимо, господин гвардеец. Бывает. Я ж, дурная головища, руки с задницы! Вот меня и учат. Простите нас, господин гвардеец. Хозяин ужо мне задаст еще, чтобы не баламутил. Рука у него крепкая.
«Задавать» бывшему почтенному гражданину было уже некуда, настолько хорошо отходил его наемник клещами. Да и работник из Канутуса был, очевидно, никудышный. Меж тем, солдат это не волновало, отчего сердце Лудде наполнялось все большей любовью к Всеединому и трепетало, словно бабочка у свечки. Он преданно льнул к кузнецу, июо идти сам все так же был не в состоянии.
- Пойдем мы, господа солдаты. Пойдем к хозяюшке, тихонечко пойдем, что мышки.

0

51

Мастерский пост

Маркус поморщился. Кузнец если и не сказал этого, то своим видом показал, что он думает о таких вот «штрафах». Лейтенант в это мгновение действительно захотел вздернуть всех троих, чтобы было неповадно. Но план есть план. Деньги Маркус взял. Поделится с ребятами, которые разнимали мужиков. Наемник смотрел на лейтенанта колко, неприятно. От этого жди беды. Там ни чести, ни совести, только нож в спину. Интересно, понимает ли это кузнец? С таким «работничком» бед больше, чем пользы. Впрочем, дорога делает с людьми разное. И не всегда они оказываются в результате там, где хотят.
- Не нарушайте закон впредь. Сейчас военное время, мало ли как может обернуться. Командор не стал бы с вами так церемониться, - сказал Гжижка, впрочем, не будучи в этом так уверен. Пожалел же Лец пленных, хотя стоило бы всех тут же в расход. Проще было бы, если бы командор приказал тогда. Люди-то они люди, конечно, но приказ проще выполнять, чем отдавать. Маркусу казалось, что он слышит, как хрипит в палатке мальчишка, но он знал, что это только игра его воображения.
- Идите, и чтобы я больше о вас ничего не слышал. Во второй раз вы так легко не отделаетесь, - пообещал лейтенант, - И никакого воровства, - это уже лично мутному мужику, который жался к кузнецу, - Узнаю – шкуру спущу.

Кузнец и компания ушли. Маркус выдохнул, постоял немного на воздухе и вошел в палатку.
И где была сейчас арийка, когда ее помощь пригодилась бы? Говорят, у магов нет души. Может, оно и к лучшему. Маркусу его душа, или что там было у него внутри помимо кишок, сильно мешала. Мальчишка, сжавшись под одеялами, еще дышал. Бледный, но очень похожий на обычного больного ребенка. Лейтенант завернул его в одеяло так, чтобы было непонятно, что это вообще человек, и вышел из палатки. Лес был близко, и никто не остановил Гжижку.
Говорят, нечисть надо сжечь, чтобы избавиться от нее окончательно. Этому лейтенант верил. Огонь не может пережить никто. Но сначала Маркус свернул мальчишке шею. Тот так и не очнулся. А дальше огонь доделал остальное.
Лейтенант щедро хлебнул из фляги, которую принес с собой, наблюдая за тем, как поднимается вверх серый дым. Через какое-то время рассеялся и он. В лагере беженцев вовсю кипела жизнь. Нужно было возвращаться. Маркус развернулся и пошел прочь с лесной поляны, молясь о том, чтобы она не стала ему сниться. Сейчас он был благодарен командору за то, что тот приказал сохранить пленникам жизнь. Война войной, а убийство беззащитных – совсем другое дело. Им должны заниматься палачи, а не солдаты. Гжижка сплюнул в снег. От самого себя было тошно. Но зато кровожадная тварь не придет вечером, чтобы отужинать людьми, за которых он был ответственен. Решение было правильным… только почему тогда от него так паршиво?
Ответов не было, но их и не требовалось – начинался новый день, а значит, нужно было идти вперед.

Квест завершен.

0


Вы здесь » Ревалон: Башня Смерти » Архив завершенных эпизодов » Линия крови путь тебе укажет ©


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC